0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

«Голубые огоньки» и взгляд в прошлое. Как телевидение вытеснило с экранов обычного человека

Юрий Лоза обрушился с критикой на «Голубой огонек»: псевдокультура стала культурой (4 фото)

МОСКВА, 3 янв – РИА Новости. Известный российский и советский исполнитель Юрий Лоза в интервью резко высказался о новогодних развлекательных программах на телевидении, которые, по его мнению, не понравились российским зрителям.
Лоза считает, что в российском шоу-бизнесе не осталось настоящих профессионалов, способных придумать хороший сценарий, а тех, кто остался, пытаются «искоренить».

Новогодние развлекательные программы мало кого порадовали в этом году. Немногие смогли удовлетвориться шутками Елены Малышевой, сентенциями Ольги Бузовой и зрелищем жующих салат «Оливье» соведущих праздничных шоу. А новый продукт Первого канала, передачу «Голубой Ургант», призванную стать пародией на знаменитый «Голубой огонёк», телезрители и вовсе назвали «зашкваром». О деградации музыкальных шоу News.ru поговорил с известным певцом Юрием Лозой.

— Юрий Эдуардович, новогодние передачи по телевидению не слишком-то понравились широкой аудитории. Очень много негативных отзывов и в соцсетях, и в СМИ. У вас есть какое-то объяснение: почему музыкальные новогодние «огоньки» — 2019 провалились?

— Из ничего нельзя создать что-то. Из дерьма пулю не слепишь, как говорится. Если пытаться создать концерт, не имея создателей, то у вас ничего не получится. Очень долго на нашем телевидении шло искоренение профессионалов — тех, кто что-то может сделать в шоу-бизнесе. С момента убийства Листьева у нас нет ни одной своей свежей программы.

— Какая при «искоренении профессионалов» преследовалась цель?

— Цель — истребить своих и начать покупать на Западе зарубежный контент, отработанный материал. Это часть общего тренда. Например, можно провести аналогию с лекарствами: наше производство лекарств закрыли, чтобы иметь возможность покупать дорогие средства на Западе и пилить откаты. Поэтому сегодня, если нужна песня, скажем, для выступления на Евровидении, никто не пытается создать её здесь. Идут и покупают в Америке или в Израиле. Если надо поставить красивый номер — едут во Францию, в Швецию. Сами ничего не делаем. Идёт распил бабла.
— А как же новогодние огоньки?

— Вот так! Выяснилось, что купить номера на все новогодние праздники не получается. Там нет таких программ, которые бы наше телевидение устроили. Поэтому пришлось обращаться к рецептам, изобретённым 60 лет тому назад, ещё теми людьми, которые умели что-то создавать. Но за 60 лет уже всё должно надоесть — и КВН, и знатоки, и «голубые огоньки»… Но передачи не живут так долго! Это всё давно уже набило оскомину, и мы в итоге получаем то, что получаем, — нечего смотреть в новогоднюю ночь.

— Музыкальных передач не хватает, но их попытались заменить юмористическими, разве нет?

— С этим ещё хуже. КВН надоел, изжил себя. Ничего нового не придумали. Юмористические передачи идут по одному и тому же лекалу. Авторов талантливых, которые раньше писали для юмористов, нет. Они пытаются выживать сами и неохотно раздают хорошие материалы нашим сатирикам. Отсюда бесконечные шутки на одну и ту же тему, про тещу и про похудение. И это никого не веселит. Один и тот же Винокур выходит, прыгает и показывает те же номера, что и сто лет назад показывал. Пародируют «Баккару». А её уже не надо пародировать! Я знаю «Баккару», я с ними работал — это две бабушки старенькие, которые за кулисами носки вяжут. Пародии на них были интересны, возможно, лет 30 назад, сейчас это никому не нужно.
— Попытались как-то разнообразить новогодние передачи — вот Урганта вывели на экран в музыкальной передаче…

— Хотели сделать новое, да. Но для этого нужен специалист, который напишет хороший сценарий; нужен оператор, который всё это красиво снимет; нужен осветитель, который всё это подсветит… Нужны люди! Композиторы, поэты, певцы. А их нет.

— Певцы-то есть, как не быть. Есть же у нас в стране многочисленные музыкальные вузы, готовящие специалистов. И есть как минимум программа «Голос» — оттуда берут талантливых ребят, разве нет?

— Программа никогда не ставила задачу найти людей с хорошими голосами. Это программа не о голосах, это программа о типажах. Им нужны люди с какими-то интересными деталями — кривенькие, косенькие, хрипатые, лопоухие. Голосистых туда не берут, чтобы было проще отсеивать. А программа при этом называется «Голос». Это типичный пример, когда задача не соответствует реализации. Вы никогда не снимете хорошую программу «Голос», если будете туда отбирать типажи, а не голоса.

— Если бы вы были Константином Эрнстом, кого бы вы позвали на новогодний «огонёк» на Первом?

— Если бы я был Эрнстом, имел возможности, я бы провёл опрос россиян. Прежде всего выяснил, кого хочет видеть народ. Реально хочет видеть — не для пафоса, не для понтов, а для души. И я вас уверяю: ни о каких рэперах разговора там не будет. И Винокура никто не захочет, потому что он всем надоел. Люди должны сказать, кого они хотят видеть и слышать.

— Но что мешает новых исполнителей показать с экранов ТВ?

— А дело в том, что тогда Киркоров узнает, что у него в программе не 20 песен, а 19. И будет страшный скандал с привлечением всех средств нападения. Это же целая структура. И надо менять и саму структуру, и отношение к ней. Вот завтра, например, выйдет программа «Новая волна. Лучшее». Заявлена как конкурс молодых исполнителей. И кто же в ней будет? Вы не поверите! Это Аллегрова, Киркоров и так далее. Ни одного молодого исполнителя! Дикое несоответствие! Вам говорят: «Будут хорошие песни», а песни — говно. Вам говорят: «Конкурс молодых исполнителей», а молодых нет и в помине. Человек хочет одного, а ему подсовывают другое — начинается диссонанс. Опять вас обманули. Кто-то за счёт вас и ваших ожиданий нового разбогател, распиарился, нацепил на себя новые перья. Ни малейшего отношения зритель не имеет к этому процессу. Никто вас не спрашивает ни о чём. Вам показывают туфту, вы получаете не то, чего хотите. Это как если бы вы пришли в ресторан и заказали постное блюдо, а вам бы подали жирную свинину со словами: «Мы всё делаем для вас». Так и с новогодними программами — вам дали то, чего вы не хотели.

Читать еще:  Алексей Леонов — о космосе, Боге, дружбе и милосердии

— Ваши песни прозвучали в новогодних программах?

— Мою песню взяли одну-единственную, вырезали из неё почти всё, из трёх минут оставили 40 секунд. Чтобы, не дай бог, не наступить ни на одну из песен Киркорова. Не нашлось даже одной минуты для меня. И никто не спрашивает, хотите вы Лозу или нет.

— Всё невесело. Вместо книг подсовывают комиксы. Вместо кино — блокбастеры, снятые по комиксам. Идёт деградация культуры. Проповедуются определённые идеи. Вот, например, название — «Голубой Ургант». Явно же оно не просто так дано. Нас пытаются убедить, что «голубой» в любом контексте — это нормально. Мы не удивляемся ничему. Никто ведь не сказал: «Ребят, вы что, больные? Нельзя ставить „Голубой Ургант“! Он не голубой!» Нельзя вообще такое название ставить в программу. Но все восприняли это всерьёз. Никто не возразил.
— Вы считаете это трендом?

— Потихонечку псевдокультура стала культурой, псевдоотношения — отношениями. Однополый брак вдруг стал браком. Отсутствие пения — пение. И так далее. А рэпер, который провозглашает: «Я буду петь музыку». Музыку нельзя петь! Петь можно песни, но не музыку. Настоящий рэпер не поёт и не сочиняет стихи, он рифмует и читает рэп, до пения нот он не опускается — ему это западло, потому что это Пушкин-Шмушкин сочинял всякое говно, рэпер до этого не опускается… А нам это выдают за норму.

— Но люди же возмутились тем, что новогодние программы были, мягко говоря, некачественным продуктом…

— Мы живём в стране, где очень много разного рода проблем. И чем больше народ возмущается говёнными передачами, тем меньше он думает о серьёзных проблемах. Чем больше мы говорим про «Голубого Урганта», тем меньше возмущения по поводу рухнувшего дома в Магнитогорске. Власть такая ситуация полностью устраивает. Общее количество негатива переводится в другую сторону. Внимание народа нужно отвлечь. Сколько своровали чиновники на строительстве дома — это ушло на второй план. А на первом плане — почему «голубые огоньки» превратились в говнопередачи.

«Голубые огоньки» и взгляд в прошлое. Как телевидение вытеснило с экранов обычного человека

Вплоть до конца 90-х на «голубые огоньки» приглашали передовиков производства от народа – заводчан, доярок, председателя колхоза и обязательно представителей от ученых, композиторов, деятелей искусства. К этому можно было относиться иронично, но когда телевидение полностью вытеснило «обычного» человека с экрана и все заполнилось поп-звездами, стало очевидно, насколько же оторванность этих самых «звезд» от народа дает о себе знать.

Алексей Любимов, регент Высоко-Петровского монастыря, рассказывает о своем необычном хобби — раз в год смотреть телевизор.

— Оказавшись в гостях в новогоднюю ночь, мы волей-неволей смотрим телевизор. Наверное, было бы слишком категоричным видеть в этом только плохое или соблазняющее. Я предлагаю посмотреть на это философски. Меня, например, воспитывали в строгих церковных традициях. Перед нами не стояла задача дозировать или не дозировать просмотр телевизора — у нас его просто не было. И, по идее, все телепередачи должны были проходить мимо меня. Рядом с работающим телевизором мы оказывались только тогда, когда навещали невоцерковленных родственников в новогоднюю ночь. Для них, как и для большинства в этот праздник, телевизор был центром притяжения.

В итоге телевизор фигурировал в моей жизни чуть ли не раз в год, и чем реже я его смотрел, тем лучше было заметно, как с каждым годом меняется общая атмосфера этих передач. По этим огонькам можно было судить о том, чем живет страна, что вообще происходит с народом. Я привык воспринимать «голубые огоньки» как культурологическое явление, по которому мы можем очень многое почерпнуть для изучения истории, модных тенденций, жанров, господствующего стиля и ощущения эпохи в целом. Мы можем понять, чем страна жила, что она за прошедший год накопила или потеряла, какие подвижки произошли в народном сознании.

С этой точки зрения интересен сам формат ночных новогодних концертов, независимо от того, как он называется сейчас.

Опера, балет и подлинный фольклор

Первый «голубой огонек» вышел в 1962 году, во времена хрущевской оттепели. Вообще, самые яркие «огоньки», ставшие уже сами по себе классикой, проходили в 1962, 1963, 1967 годах.

Меня как регента «голубые огоньки» интересуют в первую очередь, конечно, с точки зрения музыки. Классическая музыка — это вечная ценность, то, что возвышает душу в любые времена и эпохи. Тенденция такова, что в первых передачах классической музыки было очень много, а потом все меньше и меньше. Классической, элитарной традиции сопутствовала фольклорная. Это две мощные струи, которые, собственно, являются основой музыки как таковой. Все эстрадные жанры, которые появились во второй половине ХХ века — это верхний, наносной слой, который имеет ценность постольку, поскольку он коренится либо в той, либо в другой мощной струе. Первые огоньки во многом состояли из классической музыки, балетных и оперных номеров и серьезного фольклора.

Но с каждым годом классической и фольклорной музыки становилось на телевидении все меньше и меньше. Эстрадные жанры постоянно сменяют друг друга, и их легко можно поставить в один ряд. А классику в этот ряд ставить нельзя. Но постепенно классическая музыка перестала преподноситься в чистом виде, ее переиначивали на современный лад.

Общая тенденция такова, что из года в год на телевидении целенаправленно избавлялись от классики. Началось это в горбачевскую эпоху. Вплоть до 1990 года все огоньки открывались симфоническим оркестром. Было много балетных номеров. В наше время есть попытки реанимировать это — но лишь небольшими вкраплениями. Можно сказать, что классика сейчас на задворках. Раньше переход к более легким жанрам современной популярной музыки проходил ближе к середине мероприятия, а почетное место занимала именно классика. В 90-х годах классика ушла из новогодних телепрограмм почти полностью.

«Сухой закон», распад СССР и спасительный юмор

Все переломные моменты истории страны отражены в этих новогодних программах.

Интересно, кстати, посмотреть на ассортимент блюд и напитков, которые стояли на столиках во время телепередачи. Всегда символом Нового года было шампанское. Показательно, что время сухого закона шампанское напрочь исчезло из кадра. Случайная фраза из новогодней передачи тех лет «пойдем в бар, выпьем соку» сейчас воспринимается как яркая примета времени.

Один из самых интересных огоньков прошел в 1992 году. Произошел распад СССР — вся страна в состоянии шока, люди потеряны. Артисты и юмористы пытались преподносить перемены в форме шутки.

Здесь юмор имел адаптивную функцию, он как бы помогал принять свершившееся — то, что уже нельзя изменить.

Читать еще:  «Что они там смотрят?» В США выяснили, как подростки проводят время со смартфоном

В этом есть очень много философского и символического. Удивительно, но в огоньке 92-го года нет топорного юмора, все очень тонко. Артисты как будто обнажили скрытый нерв, который сидел внутри каждого человека, и смогли это выразить в номерах.

Интересен 1993 год. Мы видим «стилевой» диалог. Диалог между эпохой 90-х и временами Петра I. Впоследствии диалог между разными историческими эпохами вообще стал встречаться очень часто — особенно между ушедшим советским прошлым и современностью.

В этом разрезе показательны новогодние программы в 1996 году — в предвыборный период. Тогда решалась судьба нашей страны, в каком направлении она пойдет. Поэтому все советское нарочито высмеивалось в этом году.

Телевидение вытеснило обычного человека

В целом мы видим, что уровень новогодних программ год от года снижался… Есть ощущение, что создатели огоньков год от года все меньше уважали зрителя. Интересно даже посмотреть на речь и стиль ведущих с самого первого «голубого огонька». Раньше уровень речи всех ведущих и гостей праздника был очень высоким. После 90-х годов мы видим много пошлости, сниженную планку общения — «как можем, так и говорим, как можем, так и шутим».

Или вот возьмем патриотическую тему. Огонек 1985 года — это все лишь сорокалетие Победы. В программу вставлен крупный блок кадров кинохроники 1945 года. Удивительно, но значительную часть передачи звучат трагические, абсолютно не новогодние песни на военную тему. Общая идея такова — «да, разгар веселья, Новый год, но мы все равно будем вспоминать военные годы». В другие юбилейные годовщины Победы — в 1995, 2005 годах — ничего подобного, к сожалению, уже нет.

Еще один важный момент. С первых «голубых огоньков» вплоть до конца 90-х на «огоньки» приглашали передовиков производства «от народа» — заводчан, доярок, председателя колхоза и обязательно представителей от ученых, композиторов, деятелей искусства. Транслировалась идея, что абсолютно все достойны этого праздника. Гости сидели вместе за столом. К этому можно было относиться иронично, но зато впоследствии, когда телевидение полностью вытеснило «обычного» человека с экрана и все заполнилось поп-звездами, стало очевидно, насколько же оторванность этих самых «звезд» от народа дает о себе знать. А ведь присутствие простых советских людей на огоньках давало реальное чувство единения.

Увы, все сменилось на пустую суетную развлекательность, которая пытается полностью отвлечь от злободневных вопросов, от того, что действительно актуально.

Сейчас телевидение пытается создать иллюзию, что все хорошо, когда все на самом деле не очень хорошо. В конечном итоге мы можем признать, что эстрада на ТВ в принципе омертвела. На «голубых огоньках» нашего времени мелькают элитные «сливки» общества. Они варятся в собственном соку — нахваливают и поздравляют сами себя, сами же распространяют свои песни. Все живое ушло…

Звезда советского экрана прячется от людей и выходит только за сигаретами

Друзья и коллеги переживают за диктора Светлану Моргунову. Звезда советского экрана ведет замкнутый образ жизни и категорически отказывается покидать стены своей квартиры в центре Москвы.

Советский и российский диктор и телеведущий Евгений Кочергин признается, что не раз пытался помочь своей коллеге, особенно после того, как в газетах начали писать, что звезда телевидения часто пьет и уже не помнит себя.

Евгений Кочергин, телеведущий: «Я ее не видел уже несколько лет. Мы много думали с Анной Николаевной Шатиловой, когда узнали, что у нее не очень хорошо там, мы думали, как помочь, но боялись, знаете, всколыхнуть»

Увидели 78-летнюю Светлану Моргунову на похоронах Иосифа Кобзона. В этой внезапно постаревшей женщине трудно узнать легендарную телеведущую. А ведь многие еще помнят всегда подтянутую и элегантную Моргунову сначала в качестве диктора центрального телевидения, позже она вела информационную программу и «Голубые огоньки».

Казалось, ее не берет время: еще два года назад звезда советского экрана выглядела лет на 20 моложе своих паспортных данных и с удовольствием посещала дни рождения друзей-артистов .

Диктор была частой гостьей на светских тусовках и заводилой на звездных вечеринках, вела концерты и телевизионные программы, а потом вдруг пропала. Соседи рассказывают, что Светлану Моргунову они видят редко, а если телеведущая и выходит из дома, то маскируется.

Соседка Светланы Моргуновой: «Она выходит в большой шляпе и длинных одеждах. Выходит купить, например, себе сигареты. Она говорит, что сын запрещает ей курить. Но если человек всю жизнь курил, как ей теперь запретить? Но иногда она это себе позволяет».

Соседи Моргуновой уверяют, что телеведущая не употребляет алкоголь, как пишут газеты, а выглядит плохо из-за проблем со здоровьем. Светлана Моргунова живет одна, но ее часто навещает единственный сын Максим. А соседи беспокоятся: раньше звезду советского экрана невозможно было застать дома, ее часто приглашали на праздники и концерты, а теперь, кроме семьи, о ней больше никто и не вспоминает.

Как выяснила программа «Ты не поверишь!», на стук Моргунова не открывает, отвечает на вопросы через дверь. Диктор Кочергин предполагает, что она сама приняла решение отгородиться от всего мира и друзей. И сам Кочергин, и его коллеги Игорь Кириллов, Анна Шатилова, Ангелина Вовк, Татьяна Судец тоже прошли через забвение.

Юрий Лоза обрушился с критикой на «Голубой огонек»: псевдокультура стала культурой (4 фото)

МОСКВА, 3 янв – РИА Новости. Известный российский и советский исполнитель Юрий Лоза в интервью резко высказался о новогодних развлекательных программах на телевидении, которые, по его мнению, не понравились российским зрителям.
Лоза считает, что в российском шоу-бизнесе не осталось настоящих профессионалов, способных придумать хороший сценарий, а тех, кто остался, пытаются «искоренить».

Новогодние развлекательные программы мало кого порадовали в этом году. Немногие смогли удовлетвориться шутками Елены Малышевой, сентенциями Ольги Бузовой и зрелищем жующих салат «Оливье» соведущих праздничных шоу. А новый продукт Первого канала, передачу «Голубой Ургант», призванную стать пародией на знаменитый «Голубой огонёк», телезрители и вовсе назвали «зашкваром». О деградации музыкальных шоу News.ru поговорил с известным певцом Юрием Лозой.

— Юрий Эдуардович, новогодние передачи по телевидению не слишком-то понравились широкой аудитории. Очень много негативных отзывов и в соцсетях, и в СМИ. У вас есть какое-то объяснение: почему музыкальные новогодние «огоньки» — 2019 провалились?

— Из ничего нельзя создать что-то. Из дерьма пулю не слепишь, как говорится. Если пытаться создать концерт, не имея создателей, то у вас ничего не получится. Очень долго на нашем телевидении шло искоренение профессионалов — тех, кто что-то может сделать в шоу-бизнесе. С момента убийства Листьева у нас нет ни одной своей свежей программы.

— Какая при «искоренении профессионалов» преследовалась цель?

— Цель — истребить своих и начать покупать на Западе зарубежный контент, отработанный материал. Это часть общего тренда. Например, можно провести аналогию с лекарствами: наше производство лекарств закрыли, чтобы иметь возможность покупать дорогие средства на Западе и пилить откаты. Поэтому сегодня, если нужна песня, скажем, для выступления на Евровидении, никто не пытается создать её здесь. Идут и покупают в Америке или в Израиле. Если надо поставить красивый номер — едут во Францию, в Швецию. Сами ничего не делаем. Идёт распил бабла.
— А как же новогодние огоньки?

Читать еще:  «У вас Covid-19, к вам никто не придет». Почему медсестру с температурой не осмотрел врач

— Вот так! Выяснилось, что купить номера на все новогодние праздники не получается. Там нет таких программ, которые бы наше телевидение устроили. Поэтому пришлось обращаться к рецептам, изобретённым 60 лет тому назад, ещё теми людьми, которые умели что-то создавать. Но за 60 лет уже всё должно надоесть — и КВН, и знатоки, и «голубые огоньки»… Но передачи не живут так долго! Это всё давно уже набило оскомину, и мы в итоге получаем то, что получаем, — нечего смотреть в новогоднюю ночь.

— Музыкальных передач не хватает, но их попытались заменить юмористическими, разве нет?

— С этим ещё хуже. КВН надоел, изжил себя. Ничего нового не придумали. Юмористические передачи идут по одному и тому же лекалу. Авторов талантливых, которые раньше писали для юмористов, нет. Они пытаются выживать сами и неохотно раздают хорошие материалы нашим сатирикам. Отсюда бесконечные шутки на одну и ту же тему, про тещу и про похудение. И это никого не веселит. Один и тот же Винокур выходит, прыгает и показывает те же номера, что и сто лет назад показывал. Пародируют «Баккару». А её уже не надо пародировать! Я знаю «Баккару», я с ними работал — это две бабушки старенькие, которые за кулисами носки вяжут. Пародии на них были интересны, возможно, лет 30 назад, сейчас это никому не нужно.
— Попытались как-то разнообразить новогодние передачи — вот Урганта вывели на экран в музыкальной передаче…

— Хотели сделать новое, да. Но для этого нужен специалист, который напишет хороший сценарий; нужен оператор, который всё это красиво снимет; нужен осветитель, который всё это подсветит… Нужны люди! Композиторы, поэты, певцы. А их нет.

— Певцы-то есть, как не быть. Есть же у нас в стране многочисленные музыкальные вузы, готовящие специалистов. И есть как минимум программа «Голос» — оттуда берут талантливых ребят, разве нет?

— Программа никогда не ставила задачу найти людей с хорошими голосами. Это программа не о голосах, это программа о типажах. Им нужны люди с какими-то интересными деталями — кривенькие, косенькие, хрипатые, лопоухие. Голосистых туда не берут, чтобы было проще отсеивать. А программа при этом называется «Голос». Это типичный пример, когда задача не соответствует реализации. Вы никогда не снимете хорошую программу «Голос», если будете туда отбирать типажи, а не голоса.

— Если бы вы были Константином Эрнстом, кого бы вы позвали на новогодний «огонёк» на Первом?

— Если бы я был Эрнстом, имел возможности, я бы провёл опрос россиян. Прежде всего выяснил, кого хочет видеть народ. Реально хочет видеть — не для пафоса, не для понтов, а для души. И я вас уверяю: ни о каких рэперах разговора там не будет. И Винокура никто не захочет, потому что он всем надоел. Люди должны сказать, кого они хотят видеть и слышать.

— Но что мешает новых исполнителей показать с экранов ТВ?

— А дело в том, что тогда Киркоров узнает, что у него в программе не 20 песен, а 19. И будет страшный скандал с привлечением всех средств нападения. Это же целая структура. И надо менять и саму структуру, и отношение к ней. Вот завтра, например, выйдет программа «Новая волна. Лучшее». Заявлена как конкурс молодых исполнителей. И кто же в ней будет? Вы не поверите! Это Аллегрова, Киркоров и так далее. Ни одного молодого исполнителя! Дикое несоответствие! Вам говорят: «Будут хорошие песни», а песни — говно. Вам говорят: «Конкурс молодых исполнителей», а молодых нет и в помине. Человек хочет одного, а ему подсовывают другое — начинается диссонанс. Опять вас обманули. Кто-то за счёт вас и ваших ожиданий нового разбогател, распиарился, нацепил на себя новые перья. Ни малейшего отношения зритель не имеет к этому процессу. Никто вас не спрашивает ни о чём. Вам показывают туфту, вы получаете не то, чего хотите. Это как если бы вы пришли в ресторан и заказали постное блюдо, а вам бы подали жирную свинину со словами: «Мы всё делаем для вас». Так и с новогодними программами — вам дали то, чего вы не хотели.

— Ваши песни прозвучали в новогодних программах?

— Мою песню взяли одну-единственную, вырезали из неё почти всё, из трёх минут оставили 40 секунд. Чтобы, не дай бог, не наступить ни на одну из песен Киркорова. Не нашлось даже одной минуты для меня. И никто не спрашивает, хотите вы Лозу или нет.

— Всё невесело. Вместо книг подсовывают комиксы. Вместо кино — блокбастеры, снятые по комиксам. Идёт деградация культуры. Проповедуются определённые идеи. Вот, например, название — «Голубой Ургант». Явно же оно не просто так дано. Нас пытаются убедить, что «голубой» в любом контексте — это нормально. Мы не удивляемся ничему. Никто ведь не сказал: «Ребят, вы что, больные? Нельзя ставить „Голубой Ургант“! Он не голубой!» Нельзя вообще такое название ставить в программу. Но все восприняли это всерьёз. Никто не возразил.
— Вы считаете это трендом?

— Потихонечку псевдокультура стала культурой, псевдоотношения — отношениями. Однополый брак вдруг стал браком. Отсутствие пения — пение. И так далее. А рэпер, который провозглашает: «Я буду петь музыку». Музыку нельзя петь! Петь можно песни, но не музыку. Настоящий рэпер не поёт и не сочиняет стихи, он рифмует и читает рэп, до пения нот он не опускается — ему это западло, потому что это Пушкин-Шмушкин сочинял всякое говно, рэпер до этого не опускается… А нам это выдают за норму.

— Но люди же возмутились тем, что новогодние программы были, мягко говоря, некачественным продуктом…

— Мы живём в стране, где очень много разного рода проблем. И чем больше народ возмущается говёнными передачами, тем меньше он думает о серьёзных проблемах. Чем больше мы говорим про «Голубого Урганта», тем меньше возмущения по поводу рухнувшего дома в Магнитогорске. Власть такая ситуация полностью устраивает. Общее количество негатива переводится в другую сторону. Внимание народа нужно отвлечь. Сколько своровали чиновники на строительстве дома — это ушло на второй план. А на первом плане — почему «голубые огоньки» превратились в говнопередачи.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector