1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Расстрелянный большевиками ростовский священник будет канонизирован

Православная церковь канонизирует расстрелянного большевиками ростовского священника

Константин Верецкий станет первым ростовским святым.

Комиссия по канонизации Русской православной церкви 15 мая приняла решение о начале процесса канонизации расстрелянного большевиками в 1918 году ростовского священнослужителя отца Константина Верецкого. Об этом сообщил пресс-секретарь главы Донской митрополии Игорь Петровский.

— Отец Константин после общецерковного прославления (святой, признанный всеми 15 мировыми церквями) станет первым ростовчанином, канонизированным в масштабах всей Русской православной церкви, — рассказал Игорь Петровский.

До сих пор единственным святым на донской земле был праведный старец Павел Таганрогский. Теперь Ростов обретет своего первого святого.

— Специальная комиссия, в которую вошли историки, священнослужители, представители общественности, изучала биографию отца Константина, — пояснил представитель Донской митрополии.

Константин Верецкий родился 21 мая 1874 года в селе Пятихатки Ростовского уезда Екатеринославской губернии (сейчас это Неклиновский район Ростовской области) в семье священника. По семейной традиции родившийся мальчик должен был стать священником. Вскоре после рождения мама повезла его в Таганрог, где в то время жил праведный человек Павел Стожков (ныне — прославленный святой праведный старец Павел Таганрогский). Он благословил будущего священника.

В августе 1911 года Константин Верецкий женился на дочери ростовского коммерсанта Евлампии Орловой. После венчания супруги поселились в местечке Ейское Укрепление, где в то время Константин работал учителем в сельской школе. Скучавшие по дочери родители Евлампии добились перевода ее супруга в Ростов, где семья вскоре и поселилась на улице Пушкинской, 33.

Когда в Петрограде произошел большевистский переворот, Константин Верецкий в своих проповедях назвал его наказанием для всего православного народа. Он говорил, что большевики разрушат не только церковь, но и раздавят и разграбят кладбище, дети на разрушенных могилах будут играть черепами, а мрамором с надгробий начнут украшать театры и памятники революционерам.

В начале февраля 1918 года белые офицеры-добровольцы оставили город без боя, начав отчаянный «ледяной поход» на Кубань. В Ростов вошла армия Рудольфа Сиверса. Красные отряды заходили в Ростов с запада, со стороны реки Темерник. Одной из первых церквей на их пути был храм Всех Святых, где служил отец Константин. До сих пор остается неизвестным, случайно красноармейцы зашли в этот храм или они пришли специально за отцом Константином, узнав о его антибольшевистских проповедях. Константин Верецкий, находившийся в алтарной, молча вышел к пьяным солдатам. Он успел причаститься и молча подошел к незваным гостям. Его силой выволокли из церкви и подвели к церковной ограде. В последний момент священник сумел отстраниться и встал напротив своих убийц. Он по-прежнему молча смотрел на них. Эта спокойная уверенность смутила убийц, они потребовали его повернуться к ним спиной. Отец Константин отказался и продолжал смотреть палачам в глаза. Потом кто-то выстрелил из револьвера в лицо священнику. Он упал, и красноармейцы стали палить в него из винтовок.

Правда, что ростовский священник стал святым Русской православной церкви?

Слышал, что в РПЦ впервые канонизировали ростовчанина. Кого и почему?

Священный Синод Русской православной церкви (РПЦ) принял решение о канонизации ростовского священника Константина Верецкого, расстрелянного большевиками. Он стал первым ростовчанином, канонизированным в масштабах всей Русской православной церкви.

Священник служил во Всехсвятском храме Ростова-на-Дону с 1913 по 1918 год и пользовался огромным почитанием и уважением прихожан.

23 февраля он был арестован красногвардейцами за призывы прекратить братоубийственную войну и расстрелян.

Однако память о пастыре сохранилась и ежегодно в донских церквях совершаются поминальные богослужения и памятные мероприятия, посвящённые его жизни и мученической кончине. Память его будет совершаться 10 (23) февраля, в день его мученической кончины.

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

2020 ЗАО «Аргументы и Факты» Генеральный директор Руслан Новиков. Главный редактор еженедельника «Аргументы и Факты» Игорь Черняк. Директор по развитию цифрового направления и новым медиа АиФ.ru Денис Халаимов. Шеф-редактор сайта АиФ.ru Владимир Шушкин.

Все права защищены. Копирование и использование полных материалов запрещено, частичное цитирование возможно только при условии гиперссылки на сайт www.aif.ru.

СМИ «aif.ru» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия, регистрационный номер Эл № ФС77-31805 от 23 апреля 2008 г. Учредитель: АО «Аргументы и факты». Шеф-редактор сайта: Шушкин В.С. e-mail: karaul@aif.ru, тел. 8 495 783 83 57 . 16+

Правила комментирования

Эти несложные правила помогут Вам получать удовольствие от общения на нашем сайте!

Для того, чтобы посещение нашего сайта и впредь оставалось для Вас приятным, просим неукоснительно соблюдать правила для комментариев:

Сообщение не должно содержать более 2500 знаков (с пробелами)

Языком общения на сайте АиФ является русский язык. В обсуждении Вы можете использовать другие языки, только если уверены, что читатели смогут Вас правильно понять.

В комментариях запрещаются выражения, содержащие ненормативную лексику, унижающие человеческое достоинство, разжигающие межнациональную рознь.

Запрещаются спам, а также реклама любых товаров и услуг, иных ресурсов, СМИ или событий, не относящихся к контексту обсуждения статьи.

Не приветствуются сообщения, не относящиеся к содержанию статьи или к контексту обсуждения.

Давайте будем уважать друг друга и сайт, на который Вы и другие читатели приходят пообщаться и высказать свои мысли. Администрация сайта оставляет за собой право удалять комментарии или часть комментариев, если они не соответствуют данным требованиям.

Редакция оставляет за собой право публикации отдельных комментариев в бумажной версии издания или в виде отдельной статьи на сайте www.aif.ru.

Если у Вас есть вопрос или предложение, отправьте сообщение для администрации сайта.

Общество

Религия

«Лучше приму смерть, но монастыря не закрою»

За что расстреливали священников в СССР

90 лет назад был арестован философ и богослов Павел Флоренский и, после нескольких лет заключения в Соловецком лагере, расстрелян. Через 30 лет он был реабилитирован постановлением Московского городского суда. Почему в СССР запретили церковь, на какие уловки шла власть, чтобы не дать верующим отметить Пасху, и как нацисты пытались использовать «религиозный вопрос» в своих интересах — в материале «Газеты.Ru».

Читать еще:  Мечта об империи, мечта о единстве христиан

Павел Флоренский родился 9 января 1882 года в Закавказье, возле местечка Евлах Елисаветпольской губернии (Азербайджан), в семье инженера-путейца. После окончания академии он стал преподавать в ней философские дисциплины, а в 1911 году принял священство и был назначен редактором академического журнала «Богословский вестник».

С 1916 года Флоренский девять лет работал в Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры ученым секретарем и писал ряд работ по древнерусскому искусству. В мае 1928 года Объединенное государственное политическое управление провело масштабную операцию в Сергиевом Посаде и его окрестностях и арестовало большую группу верующих — служителей церкви и прихожан. Это мероприятие предварила мощная «артподготовка»: газеты и журналы из номера в номер печатали обличительные, гневные памфлеты и фельетоны об окопавшемся в городе «контрреволюционном отродье» — «Гнездо черносотенцев под Москвой!», «Троице-Сергиева лавра — убежище бывших князей, фабрикантов и жандармов!», «Шаховские, Олсуфьевы, Трубецкие и др. ведут религиозную пропаганду!».

Флоренский был арестован 21 мая. Осужденного священника выслали по этапу в восточно-сибирский лагерь «Свободный», где определили работать в научно-исследовательском отделе управления БАМЛАГа. В 1934 году его отправили со спецконвоем в Соловецкий лагерь особого назначения, где священник занимался проблемой добычи йода и запатентовал более десяти научных открытий. Спустя три года он был приговорен к высшей мере наказания и расстрелян.

За время гонений на церковь под репрессии попали десятки тысяч священнослужителей.

По данным правительственной комиссии по реабилитации жертв политических репрессий, только в период с 1937 по 1941 год были арестованы 175,8 тыс. священников, из них 110,7 тыс. человек — расстреляны.

К весне 1938 года из 25 тыс. церквей в СССР осталось всего 1277 храмов, и 1744 храма оказались на территории Союза после присоединения к нему западных областей Украины, Белоруссии и Прибалтики. Среди снесенных храмов были и действительно знаковые места. Так, 2 июня 1931 года по распоряжению Сталина был предназначен к сносу Храм Христа Спасителя. На его месте планировалось строительство другого «храма» — огромного Дворца Советов, который должна была венчать грандиозная статуя Ленина. После первого взрыва Храм устоял, пришлось заложить второй слой взрывчатки. Впоследствии почти полтора года понадобилось только на разбор обломков. Строительство Дворца Советов, начатое в 1937 году, так и не было завершено из-за Великой Отечественной войны. Многие годы на месте взорванного Храма зияла пустота, а в 1960 году там появился бассейн «Москва». В конце 1994 года бассейн был снесен для восстановления Храма Христа Спасителя.

После революции печальная участь постигла и московский Страстной монастырь. Художники расписали стены антирелигиозными лозунгами, а в марте 1919 года туда переехал Военный Комиссариат. Одно время студенты «Коммунистического университета трудящихся Востока» соседствовали там с последними монахинями, отказывавшимися покидать свои кельи. Позже обитель передали Центральному Архиву, а в 1928 году в стенах бывшего монастыря открылся Центральный Антирелигиозный Музей. Страстную же площадь переименовали в Пушкинскую. Монастырь был полностью снесен в 1937 году «в целях антирелигиозной пропаганды».

Храмы продолжали закрывать вплоть до Великой Отечественной войны.

Советские власти частично пересмотрели свою позицию лишь после того, как стало известно, что немцы не препятствуют открытию храмов и на оккупированных территориях уже открыты 3732 церкви — больше, чем во всем Союзе.

Начальник Главного управления имперской безопасности Третьего рейха Рейнхард Гейдрих разослал указания высшим чинам СС и полиции безопасности, в которых указал следующее: «Против устремлений православной церкви распространить свое влияние на массы ничего не предпринимать. Напротив, всячески содействовать им, причем, изначально настаивать на принципе разделения церкви и государства и избегать единства церкви. Также не препятствовать образованию религиозных сект».

В 1943 году советское правительство продемонстрировало перемену в своем отношении к Русской Православной Церкви открытием Собора епископов и возведением митрополита Сергия в сан патриарха. Однако это не означало, что ситуация наладилась. Вскоре после первого полета человека в космос Никита Хрущев ухмыльнулся: «Гагарин в космосе был — бога не видел». Фраза стала девизом для антирелигиозных гонений в СССР. Не таких жестоких, как в 20–30-е годы, но зато более методичных, последовательных и масштабных. Храмы теперь реже взрывали, предпочитая превращать их в склады, овощебазы и даже пивные. Священников принуждали к «переходу в атеизм».

В 1962 году появилось два постановления ЦК КПСС, призванных к введению жестких мер для пресечения распространения религиозных идей среди детей и молодежи. Было выдвинуто предложение лишать родительских прав отцов и матерей, воспитывавших детей в религиозном духе. Родителей стали вызывать в школу и в милицию, требуя от них, чтобы они не водили детей в храм, в противном случае угрожая интернатом.

Наибольшее недовольство вызывала Пасха. Чтобы как можно меньше людей приходило в церкви, горожан стали выгонять на ленинские субботники, воскресники и массовые шествия с чучелами священников, которые потом сжигали. В этот день устраивались также антипасхальные лекции: детям рассказывали, что пасхальные гуляния плодят пьяниц и хулиганство. Колхозные бригады старались отправить на работу подальше в поле, а детей забирали на выездные экскурсии, за игнорирование которых родителей вызывали в школу. В Страстную пятницу — скорбный день для верующих, который надлежит провести в тишине — в школах нередко устраивали танцы.

Даже октябрят инструктировали перевоспитывать несознательных родственников, иначе — выговоры и испорченные характеристики. Чтобы вовремя «пресечь и искоренить», райкомы с парткомами отправляли на всенощные бдения свои рейды. Заслоны из педагогов, оцепления комсомольцев, отряды дежурных дружинников всю ночь стояли под церквями, вылавливая в толпах воспитанников и коллег.

В результате верующие стали исповедоваться к празднику заочно: записку со списком прегрешений человек передавал священнику через связных, а тот в письменной форме отпускал их или накладывал епитимью.

Поскольку действующих храмов оставались единицы, поход на всенощную превращался в целое паломничество.

Сдаваться не собирались ни верующие, ни священники. Так, в воспоминаниях известного реставратора Саввы Ямщикова сохранилась история о том, как архимандрит Алипий, наместник Псково-Печерского монастыря, демонстративно сжег бумагу о его закрытии на глазах «государевых посланцев». А потом повернулся к келейнику и произнес: «Лучше я приму мученическую смерть, но монастыря не закрою. Отец Корнилий, давай сюда топор, головы рубить будем!». Храм удалось отстоять.

Читать еще:  Доктору Рошалю присудили премию «Легенда века»

В первые годы правления Михаила Горбачева официальное отношение советского государства к религии оставалось прохладным, однако правительство уже начинало постепенно склоняться к сотрудничеству с религиозными организациями.

Наиболее значительные изменения начались с 1988—1989 годов. В 1988 году Совет по делам религии при Совете министров СССР отменил норму о том, что молитвенные здания являются собственностью государства, в 1990 году был принят закон СССР «О свободе совести и религиозных организациях». В 1990 году вышел закон РСФСР «О свободе вероисповеданий», который разрешал факультативное изучение религии в общеобразовательных учебных заведениях, а также отменял какой-либо контроль за вероисповеданием граждан. В октябре 1990 года на основании этого закона был отменен Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви.

Житие и погибель о. Константина Верецкого, мученика за веру

Расстрелянный большевиками священнослужитель станет первым ростовчанином, канонизированным Русской православной церковью.

В Ростовской епархии Русской православной церкви продолжается процесс канонизации. Специальная комиссия, в которую вошли историки, священнослужители, представители общественности, изучает биографии наших земляков, которые прославились своей праведной жизнью и приняли мученическую смерть за веру.

В «канонизационном» списке несколько десятков кандидатур. Но первой в нем стоит фамилия ростовского священника Константина Верецкого, который был убит большевиками в феврале 1918 года. Биография отца Константина тесно связана с событиями истории нашего города в самые сложные ее времена.

БЛАГОСЛОВЛЕННЫЙ СВ ПРАВЕДНЫМ ПАВЛОМ ТАГАНРОГСКИМ

Константин Верецкий родился 21 мая 1874 года (по старому стилю) в селе Пятихатки Ростовского уезда Екатеринославской губернии (ныне это Неклиновский район Ростовской области) в семье священника. Примерно с 1750 года сложилась семейная традиция: если в роду Верецких рождался мальчик, то он становился священнослужителем. Такая судьба была уготована и маленькому Косте.

Вскоре после рождения мама повезла его в Таганрог, где в то время жил праведный человек Павел Стожков. Верующие люди приезжали издалека, чтобы увидеть Павла, побеседовать с ним. Праведник благословил будущего священника в младенческом возрасте. Примечательно, что в 90-е годы прошлого века Павел Стожков был канонизирован Русской православной церковью как Павел Таганрогский. На сегодняшний день это единственный святой на донской земле. Вторым канонизированным святым может стать Константин Верецкий.

Любимой книгой Кости, его сестер и братьев было Евангелие, которое с детства читала мать. В семье свободно говорили на русском и украинском языках, поскольку Верецкого-старшего часто переводили из храма в храм, он много ездил по Малороссии и по Области Войска Донского. Еще у Александра Ивановича был красивый баритон, а у матери Константина — нежное сопрано. Они часто вечерами задушевно пели песни. Это создавало в семье атмосферу любви и взаимопонимания, которая делает детей счастливыми.

Константин получил образование в Екатеринославской духовной семинарии (в то время Ростов-на-Дону был уездным городом Екатеринославской губернии). Верецкий отличался прекрасной памятью и усидчивостью, блестяще изучил богословские науки. По окончании семинарии решил пойти по стезе образования, став учителем Слова Божьего.

На переломе XIX и XX веков начальная школа России превратилась в арену жарких баталий. Общественность требовала, чтобы образование стало более светским, а церковь настаивала, чтобы система церковно-приходских школ по-прежнему оставалась в ее ведении. Эту точку зрения отстаивал Верецкий, который по своим убеждениям был сторонником монархической России и традиционной системы ценностей. Надо сказать, что Верецкий обладал даром оратора, а широкий круг знаний, пытливый ум помогали убеждать оппонентов.

ЛЮБОВЬ ПОД ИКОНАМИ

С юношеского возраста Константин часто приезжал в Ростов к своему троюродному брату и лучшему другу Мануилу, который жил в Никольском переулке (ныне Халтуринский), 38. Он тоже получил духовное образование в Екатеринославе, выдержал экзамен на диакона и был причислен к Казанской церкви Ростова-на-Дону.

Частые приезды в Ростов сыграли решающую роль в судьбе Константина. Совсем недалеко от квартиры Мануила Верецкого, на Пушкинской 33, находился дом предпринимателя Ивана Николаевича Орлова. Константин познакомился с его дочерью Евлампией. Она была одной из богатых невест Ростова, имела хорошее образование, была скромна, помогала нуждающимся. Но ее отец не хотел, чтобы дочь выходила замуж.

По одной из легенд, во время своего приезда в Ростов в 1893 году праведник Иоанн Кронштадтский предсказал Ивану Орлову, что замужество его дочери закончится несчастьем. Поэтому глава семьи сразу указывал на дверь всем без исключения женихам.

Константин увидел Евлампию в Казанской церкви, во время службы Мануила. Молодые люди стали тайком встречаться под иконами, а потом перенесли свои свидания в город. Вспыхнула яркая непреодолимая любовь, которая сметает все границы. В конце концов, родители Евлампии дали благословение на ее брак с Константином. Молодые обвенчались в Казанской церкви в августе 1911 года, причем в таинстве венчания, в качестве псаломщика, принимал участие Мануил Верецкий.

Сразу после бракосочетания Константин увез молодую жену из Ростова в местечко Ейское Укрепление, где в то время он работал учителем в сельской школе. В конце 1911 года в жизни Константина произошло еще одно важное событие: он был рукоположен в сан священника и определен служить в Свято-Троицкой церкви местечка Ейское Укрепление.

Между тем родители Евлампии переживали разлуку со своей любимой дочерью, и то, что она живет в глухой провинции. В приданное Евлампия Ивановна получила родительский дом на Пушкинской, 33. Иван Николаевич использовал все свое влияние, чтобы молодые жили в нем. По делам благотворительности Орлов хорошо знал епископа Симеона, и сумел добиться перевода отца Константина в Ростов, третьим священником в церковь Всех Святых.

ВСЕ СВЯТЫЕ НА ПОГОСТЕ

Этот храм был заложен 8 сентября 1864 года на главном городском кладбище (на этом месте сейчас построен Дворец спорта). Существенный финансовый вклад в строительство сделал тогдашний городской голова Андрей Матвеевич Байков.

Пасху 1913 года отец Константин и матушка Евлампия Ивановна отпраздновали уже в своем доме на Пушкинской, 33. Этот дом находился в 15 минутах ходьбы от церкви Всех Святых, что было очень удобно для Верецкого, который любил пешие прогулки.

Церковь находилась на городском кладбище, существование которого связывалось с истоками развития Ростова. Здесь находили упокоение ростовцы, которые строили свой город, любили его и старались сделать прекрасным для будущих поколений. Склепы и надгробия стояли как дворцы в прекрасном саду. Использовался черный, белый, розовый мрамор редкого оттенка. Надмогильные плиты отливались на Луганском чугунолитейном заводе, ограды вокруг могил были настоящего каслинского литья — их заказывали на Урале. На центральной аллее были установлены скамейки для отдыха, и даже уличные фонари. Ростовцы не жалели средств на сохранение памяти предков.

Читать еще:  СМИ: Протоиерей Димитрий Смирнов вылечился от коронавирусной инфекции

Прихожане церкви Всех Святых были состоятельными людьми. К приходу относилось 500 дворов. Православных прихожан насчитывалось 3887 человек. По сословиям — духовенство, военные, статские, купцы, мещане, цеховые и прочие городские обыватели, крестьяне. Настоятелем Храма Всех Святых был отец Иоанн Жежеленко.

Когда отец Константин начал свое служение в церкви, на его проповеди стало собираться много народа. Он очень хорошо говорил. Отец Иоанн сначала чувствовал некоторую ревность к новому священнику, но отец Константин обладал таким тактом и любовью к людям, что настоятель постепенно с ним смирился. Кроме того, проповеди отца Константина стали привлекать больше людей, иногда просторная церковь едва могла вместить желающих принять участие в богослужении.

За короткое время отец Константин сумел создать при храме настоящую православную общину. Всехсвятская церковь располагала незаурядной библиотекой. Отец Константин сам любил читать, и приучал к этому прихожан. Он справедливо считал, что чтение книг развивает интеллект и благородство в человеке. Все прихожане Всехсвятской церкви знали друг друга по имени, старались помогать друг другу. А центром общины был конечно же отец Константин.

Когда началась Первая Мировая война (тогда ее называли Великой), священник Верецкий сразу начал говорить на проповедях, что на Россию ниспослано огромное и тяжкое испытание. Прихожане собирали помощь для нужд Русской армии, навещали раненых, которые лечились в ростовских госпиталях.

К этому времени в семье Верецких родилась дочь Елена. Константин еще забрал к себе детей умершего брата и всемерно о них заботился. Дети безумно любили отца Константина. Его слово было для них законом.

Когда в Петрограде произошел большевистский переворот, Константин Верецкий в своих проповедях назвал его наказанием для всего православного народа. Отец Константин говорил, что большевики разрушат не только церковь. Они раздавят и разграбят кладбище, дети на разрушенных могилах будут играть черепами, а мрамором с надгробий начнут украшать театры и памятники революционерам. Все в точности так и произошло в годы советской власти.

9 февраля 1918 года белые офицеры-добровольцы оставили город без боя, начав отчаянный «ледяной поход» на Кубань. В Ростов вошла «социалистическая армия» Рудольфа Сиверса. На улицах было пусто, ростовцы попрятались в своих домах. А 10 февраля, в субботу, отец Константин как обычно собрался идти в церковь. Обеспокоенная матушка Евлампия Ивановна просила мужа, чтоб он оставался дома, ведь их маленькая дочь все время плакала. Но Константин Верецкий сказал, что накануне он обещал отслужить требы своим прихожанам и не может их подвести. И еще он попросил жену, чтобы она его поняла и отпустила. В такие дни он должен быть в храме.

Красные отряды заходили в город с запада, со стороны реки Темерник. Одной из первых ростовских церквей на их пути был храм Всех Святых. До сих пор остается неизвестным, случайным был визит в этот храм распаленных жаждой крови красноармейцев (им просто было приказано убивать священников), или они пришли специально за отцом Константином, узнав о его антибольшевистских проповедях.

Когда в храм ввалились пьяные матросы и красногвардейцы, Константин Верецкий находился в алтарной. Он успел причаститься и молча вышел к незваным гостям. Его силой выволокли из церкви, подвели к церковной ограде. В последний момент священник сумел отстраниться и встал напротив своих убийц. Он спокойно смотрел на них, по-прежнему не говоря ни слова.

Эта спокойная уверенность смутила убийц, на некоторое время они застыли в нерешительности. Потом кто-то выстрелил из револьвера. А затем все стали палить из винтовок в упавшего священника.

Когда отца Константина расстреляли, то женщины, которые были в тот момент в церкви, быстро побежали на в дом Верецких и рассказали домашним о случившемся. Младшие племянницы (8 и 12 лет) побежали быстрее всех и припали к телу, когда оно было еще теплое. Младшая девочка особенно любила Верецкого, считала его своим родным отцом, ее с трудом от него оторвали. После этого она помутилась рассудком. Бог дал ей долгую жизнь, и старожилы Нового поселения помнят блаженную, которая ходила по улицам, и подолгу сидела недалеко о того места, где когда-то стоял храм и погиб священник Константин Верецкий.

Такое вопиющее святотатство как расстрел священника в церкви попало в газеты, которые тогда еще не находились под контролем большевиков, оно упоминается в исследованиях по красному террору в России.

Евлампия Ивановна всю жизнь прожила в своем доме на Пушкинской 33. Только когда «экспроприировали» ее квартиру, то ее вместе с малолетней дочерью, племянницей и родственниками переселили в полуподвальное помещение дома. Евлампия Ивановна скончалась в 1953 году, всего несколько дней не дожив до своего 80-летия, похоронена на Братском кладбище. Дом Орловых на Пушкинской, 33 снесли в 90-х годах прошлого века.

Дочь Верецкого Елена Константиновна замуж так и не вышла, оставшись девицей. Она работала в ростовском предприятии «Энергосбыт» и жила в полученной ею квартире на Семашко, 48. Церковь Всех Святых Елена Константиновна посещала очень часто. Когда храм взорвали стала ходить на службу в кафедральный собор. Елена Константиновна Верецкая дожила до 1990 года и была похоронена на Северном городском кладбище.

Разъехались по миру другие родственники ростовского батюшки: его правнучатый племянник живет в Испании, а правнучатая племянница на Украине. Когда по просьбе Ростовской Епархии понадобилось найти фото Константина, поначалу казалось, что это невозможно: все документы утеряны, родственные связи нарушены, все старшие родственники уже умерли.

Но случилось почти невероятное: нашлись дальние родственники в Германии у которых непонятно каким образом сохранилась фотография отца Константина. Лишь благодаря этому маленькому чуду сегодня мы можем видеть облик этого достойного человека, принявшего мученическую смерть за свою веру.

Александр ОЛЕНЕВ.
Публикация — газета «Вечерний Ростов», 1 сентября 2016 года).

(При написании материала использованы документы, подготовленные и предоставленные правнучатой племянницей о. Константина — Екатериной Владимировной Росинской).

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector