0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Нобелевская премия по физике присуждена за открытие планет у звезд, похожих на Солнце

Нобелевскую премию по физике присудили за открытие экзопланет и космологические исследования происхождения вселенных

Нобелевская премия по физике в 2019 году была присуждена за открытие экзопланет и космологические исследования происхождения вселенных. Ее получили канадско-американский физик Джеймс Пиблз, профессор Принстона и один из главных теоретиков современной космологии, а также швейцарские астрономы Мишель Майор и Дидье Кело. Именно Майор и Кело в 1995 году принципиально новым способом – при помощи вычислений – открыли 51 Пегаса b, первую экзопланету, вращающуюся вокруг похожей на Солнце звезды 51 Пегаса. Астрономы зафиксировали гравитационные колебания возле звезды, а расчеты показали, что они вызваны именно планетой, которая вращается по орбите вокруг нее.

Тему экзопланет и «черных дыр» эксперты назвали в качестве одного из главных претендентов на Нобелевскую премию в этом году. Журнал Inside Science предполагал, что в ближайшем будущем премия может быть присуждена коллективу исследователей, впервые получивших изображение «черной дыры»:

Сверхмассивная черная дыра поглощает звезду размером с Солнце. Видео NASA

No media source currently available

Важность темы экзопланет подчеркивает то, что до 1992 года астрономам было известно всего 8 планет (или 9, если вместе с Плутоном). Но с тех пор, как в астрономии были внедрены новые методы, их было открыто уже более 4000.

Среди других возможных лауреатов эксперты Inside Science и американская компания Clarivate Analytics называли следующие темы:

Квантовые вычисления и криптография

Квантовая информатика –​ популярное направление в современной физике, и сразу оба источника прочили Нобелевскую премию за исследования в этой отрасли.

Квантовые компьютеры могут перевернуть представления человечества о защите информации: ведь они смогут подбирать кажущиеся сегодня неуязвимыми шифры путем перебора (нестандартным). Ну а эффект квантовой запутанности позволяет реализовать схему шифрования, которую (тоже в теории) будет невозможно взломать: попытка перехвата приведет к нарушению работы всего зашифрованного канала. Китайский научный спутник в прошлом году провел сеанс связи, защищенной квантовой криптографией, между Австрией и Китаем; в дальнейшем эти технологии могут стать основой для «квантового интернета».

В Clarivate Analytics считают, что за основополагающие работы в сфере квантовой криптографии на Нобелевскую премию мог рассчитывать Артур Экерт (Польша-Великобритания). Авторы Inside Science в свою очередь второй год подряд «номинировали» на премию трио ученых: Алена Аспе (Франция), Джона Клаузера (США) и Антона Зейлингера (Австрия) – за их фундаментальные работы в области квантовой физики.

Новые классы сверхпроводников

Другими возможными номинантами на «нобеля» по физике называли ученых, исследующих сверхпроводимость: их работы позволили людям приблизить практическое применение термоядерного синтеза или электрических сетей без потерь. Также благодаря сверхпроводникам появились ускорители частиц (например, Большой адронный коллайдер) или аппараты магнитно-резонансной томографии (МРТ).

Последний раз за новые материалы-сверхпроводники дали Нобелевскую премию в 1987 году, и с тех пор прорывов в области не происходило.

Но лишь до 2008 года, когда группа ученых под руководством Хидео Хосоно (Япония) открыла целый класс железосодержащих материалов, демонстрирующих сверхпроводимость при необычайно высоких (по сравнению с абсолютным нулем) температурах. Еще одна группа ученых под руководством Михаила Еремца (Беларусь-Россия-Германия) открыла новый класс сверхпроводников в 2014 году.

Эти достижения, считают авторы Inside Science, заслуживают Нобелевской премии как позволившие человечеству лучше понять уникальный феномен сверхпроводимости.

Двумерные наноматериалы

На Нобелевскую премию в этом году, по мнению экспертов, мог рассчитывать Тони Хайнц (США) за основополагающие работы по изучению оптических и электронных свойств двумерных наноматериалов.

Благодаря им, говорится в отчете Clarivate Analytics, человечество смогло лучше понять природу таких наноматериалов, как углеродные нанотрубки, графен, а также двумерных полупроводников вроде дисульфида молибдена.

«Природный клей»

Джон Пердью (США) претендовал на Нобелевскую премию за исследования в области теории функционала плотности электронных структур и открытие «природного клея»: правил, по которым электроны объединяются в атомы, а атомы –​ в молекулы.

Его работы позволили более детально понять природу и поведение материалов, а также производить вычисления, связанные с электронными структурами в квантовой химии и физике конденсированных сред, отмечают в Clarivate Analytics.

Нобелевская премия по физике: история

В прошлом году Нобелевской премии по физике удостоились Артур Эшкин, Жерар Муру и Донна Стрикленд за новаторские изобретения в области лазерной физики: «оптический пинцет» и метод генерации высокоинтенсивных ультракоротких оптических импульсов.

Лауреатов премии по физике выбирает Шведская королевская академия наук. Всего с 1901 года было присуждено 112 Нобелевских премий по физике 210 ученым: 207 мужчинам и трем женщинам.

Единственный физик, получивший Нобелевскую премию дважды, – американец Джон Бардин, отмеченный за изобретение транзистора (1956) и работы по теме сверхпроводимости (1972).

Нобелевская неделя

В 2019 году Нобелевская неделя проходит с 7 по 14 октября. Она открылась премией по медицине-физиологии и продолжится объявлением лауреатов по физике (8 октября), химии (9 октября), литературе (10 октября, сразу за два года), а также премией мира (11 октября) и премией по экономике (14 октября).

Размер Нобелевской премии в 2019 году составляет 9 млн шведских крон (около $915 тысяч). Церемония официального вручения традиционно проходит 10 декабря, в день смерти шведского изобретателя Альфреда Нобеля, основателя премии.

Нобелевская премия по физике вручена за описание начального этапа существования Вселенной

Нобелевская премия 2019 года присуждена за исследование далекого прошлого Вселенной и открытие одной из первых планет за пределами Солнечной системы.

Половина премии досталась канадско-американскому космологу Джеймсу Пиблзу. По официальной формулировке, награда присуждена ему «за теоретический вклад в физическую космологию». Вторая половина поделена между швейцарскими астрономами Мишелем Майором и Дидье Кело. Они удостоены премии «за открытие экзопланеты, обращающейся вокруг звезды солнечного типа».

Космология — раздел астрономии, изучающий космос как целое. Эта наука выясняет, откуда взялась вся Вселенная вместе с наполняющей ее материей и энергией, какие метаморфозы она претерпела в прошлом и что ждет ее в будущем. В эпоху становления космологии многие ученые относились к ней скептически из-за того, что ее утверждения невозможно было проверить. Потребовалась огромная работа, чтобы она превратилась из области спекулятивных рассуждений в точную физическую науку, делающую проверяемые утверждения. Огромную роль в этом сыграл Пиблз, чья ученая деятельность началась в 1960-х годах.

Читать еще:  Россияне перестают видеть необходимость в детских книгах

Джеймс Пиблз

Фото: REUTERS/Eduardo Munoz, Reuters

Пиблз в значительной части своих работ занимался извлечением из космологических теорий тех следствий, которые наблюдатели могли бы проверить в обозримом будущем. К сегодняшнему дню многие сделанные им выводы подтвердились.

Одна из важнейших работ нынешнего лауреата связана с реликтовым излучением. После Большого взрыва Вселенная была очень горячей. Раскаленное вещество испускало фотоны, тут же поглощало их и излучало снова. По мере расширения Вселенной энергия распределялась по все большему пространству, и материя остывала. Примерно через 300 тыс. лет после Большого взрыва она остыла настолько, что электроны стали объединяться с атомными ядрами в первые атомы. Вещество перестало поглощать ранее испущенные фотоны, и они отправились, так сказать, в свободное плавание. Ныне это излучение представляет собой радиоволны миллиметрового диапазона.

Академик Андрей Сахаров в работе 1965 года предсказал, что интенсивность реликтового излучения будет меняться от одной точки неба к другой. В статье 1970 года Пиблз подробно теоретически исследовал математические свойства этих флуктуаций. Одновременно с Пиблзом и независимо от него такое же исследование опубликовали Яков Зельдович и Рашид Сюняев. Но лауреат выразил полученные результаты в форме, которая лучше позволяла сравнить теорию с результатами наблюдений.

Флуктуации реликтового излучения крайне малы: порядка тысячной доли процента от среднего значения. Тем не менее они несут важную информацию. Эти данные позволяют измерить среднюю плотность вещества во Вселенной, причем отдельно для обычного вещества и для темной материи.

Астрономы много десятилетий знают о существовании в космосе вещества, которое не наблюдается ни в какие существующие телескопы, но проявляет себя своей гравитацией. У специалистов есть основания считать, что львиная доля этой массы приходится на неизвестные науке частицы, которые воздействуют на фотоны не так, как обычная материя. Один из важнейших аргументов в пользу этой гипотезы — как раз вид флуктуаций реликтового излучения. По современным подсчетам, темной материи более чем в пять раз больше, чем обычного вещества. Однако попытки напрямую уловить ее частицы с помощью детекторов пока не увенчались успехом.

Флуктуации реликтового излучения помогают определить и геометрию пространства. Поверхность асфальтированного шоссе можно считать плоской. Но если рассмотреть его под микроскопом, обнаружатся многочисленные неровности, а глобально шоссе искривлено вместе с поверхностью Земли. Космическое пространство, и это доказано, локально искривлено, то есть неевклидово, вблизи массивных объектов. Именно это искривление называется гравитацией. Известно также, что на расстояниях между соседними галактиками пространство евклидово. Но трудно определить, остается ли оно евклидовым на расстояниях всей Вселенной. Один из источников информации об этом — флуктуации реликтового излучения.

Точные измерения интенсивности реликтового излучения, выполненные несколькими орбитальными обсерваториями, подтвердили прогнозы Пиблза и коллег, а вместе с тем и стоящие за ними космологические теории.

В работах 1890-х и 1990-х годов нынешний лауреат утверждал, что помимо обычного вещества и темной материи во Вселенной должна быть еще одна составляющая, чтобы геометрия пространства оставалась евклидовой. Он связывал ее с так называемой космологической постоянной, которую Эйнштейн ввел в соответствующие уравнения в начале XX века. Сегодня этот компонент известен как темная энергия, за подтверждение существования которой Сол Перлмуттер, Брайан Шмидт и Адам Рисс в 2011 году получили Нобелевскую премию по физике.

Еще одно впечатляющее достижение Пиблза связано с теоретическим исследованием формирования первых атомных ядер спустя несколько десятков минут после Большого взрыва. Ученый подсчитал, сколько при этом должно образоваться гелия. Тщательное изучение химического состава звезд подтвердило его выводы.

«Пиблз — один из людей, стоявших у истоков физической космологии как точной науки»,— считает Константин Постнов, директор Государственного астрономического института имени П. К. Штернберга МГУ.

Майор и Кело удостоились премии за открытие планеты 51 Пегаса b в 1995 году. Оно стало прорывным по нескольким причинам. Это была всего третья известная планета за пределами Солнечной системы, а первые две были найдены у нейтронной звезды. Так что 51 Пегаса b стала первым миром, найденным у «живой» звезды, в недрах которой продолжаются термоядерные реакции. Это оказалась еще и звезда солнечного типа.

«Открытие лауреатов стало сюрпризом для научного сообщества. Ученые строили свои теории и гипотезы исходя из того, что планетные системы должны быть похожи на Солнечную»,— рассказывает Постнов.

Однако 51 Пегаса b оказалась не похожа ни на что известное нам по собственной системе. Планета с массой около половины массы Юпитера находится к своей звезде более чем всемеро ближе, чем Меркурий к Солнцу, и делает полный оборот за четыре земных дня. Это небесное тело стало первым представителем класса планет, известного только за пределами Солнечной системы — горячих юпитеров. В дальнейшем другие исследователи открыли еще несколько типов миров, которых нет в семье Солнца, например, суперземли и мининептуны.

«Это открытие заставило астрономов по-новому взглянуть на теории происхождения Солнечной системы. Мы знаем, что пока ни одной планетной системы, похожей на Солнечную, не найдено»,— говорит Постнов.

В этой работе Майор и Кело впервые применили метод лучевых скоростей, который занимает второе место по результативности среди многочисленных методов поиска экзопланет — он помог открыть примерно каждую пятую из более чем 4100 известных сегодня планет. Когда планета обращается вокруг звезды, ее гравитация вызывает небольшие смещения светила. Звезда, так сказать, пританцовывает на месте. Тщательный анализ ее спектра помогает обнаружить это движение. Лауреаты первыми создали достаточно точный спектрограф, чтобы уловить эти смещения, выдающие присутствие планеты.

«Их открытие положило начало исследованию новых планетных систем»,— резюмирует Постнов.

Общий вид на Вселенную: за что дали Нобелевскую премию по физике

Премия по физике была в этом году разделена на две равные части, доставшиеся ученым, которых объединяют достижения в области исследований Вселенной. Согласно формулировке Нобелевского комитета, премия присуждена «за вклад в наше понимание эволюции Вселенной и места Земли в космосе».

Читать еще:  Президент подписал закон о наказании за оскорбление чувств верующих

Первую половину премии получил Джеймс Пиблз — физик-теоретик и космолог, предложивший в конце прошлого века теоретическую основу наших современных представлений о бесконечной и расширяющейся Вселенной. Вторую половину разделили между собой два швейцарских астронома, Мишель Майор и Дидье Кело, углубивших человеческие представления о космосе: именно они в середине 1990-х установили, что наша Солнечная система — не исключение, а, как окончательно установлено к настоящему времени, очень типичный космический объект.

Плоский и вечный мир

Космология, сложившаяся к середине ХХ века, рассматривает Вселенную как объект, описываемый эйнштейновской Общей теорией относительности. У этого объекта есть два принципиальных параметра: скорость расширения и геометрические свойства пространства. Скорость расширения Вселенной зависит от плотности материи в ней: если материи слишком мало, Вселенная будет расширяться бесконечно, однако если плотность велика, то расширение неизбежно сменится сжатием.

От плотности материи зависит и геометрия пространства. При некоторой определенной («критической») плотности это пространство будет «эвклидовым», то есть будет иметь ту геометрию, к которой мы привыкли. В нем параллельные прямые никогда не пересекаются, а сумма углов треугольника — как бы далеко в космосе не располагались его вершины — всегда будет равна 180 о . При более высокой плотности пространство будет иметь «положительную кривизну»: в таком пространстве параллельные прямые сближаются, как земные меридианы, а сумма углов треугольника больше 180 о , как если бы он был нарисован на сфере (например, на поверхности Земли). Если плотность меньше критической, кривизна будет отрицательной, и параллельные будут расходиться.

Ко 1980 годам наблюдательные данные астрономии свидетельствовали, что наше пространство с большой точностью являются эвклидовым (его кривизна равна нулю). При этом видимая материя — то есть все галактики и межгалактический газ — никак не могла составлять больше 5% от критической плотности. Это был серьезный вызов для космологии: во Вселенной недоставало 95% плотности, необходимой для того, чтобы пространство было таким, какое наблюдается в реальности. Парадокс пытались разрешить, предположив существование «темной материи», состоящей из нейтрино, однако эта гипотеза имела множество проблем и не выдерживала проверки наблюдательными данными.

В 1982 году Джеймс Пиблз предположил существование иного типа темной материи, состоящей из холодных и тяжелых частиц. Такая материя могла объяснить видимое движение звезд в галактиках. Однако количество обычной и темной материи в сумме все равно составляло бы лишь 31% от критической плотности, необходимой для поддержания «плоской Вселенной» (то есть пространства с нулевой кривизной).

К 1984 году группа теоретиков, включая Пиблза, решила вернуться к идее, которую когда-то предлагал Эйнштейн: ввести в уравнения Общей теории относительности дополнительный параметр. Этот параметр описывает свойство пустого пространства — давление, как бы расталкивающее его изнутри. Параметр получил название «темной энергии». Темная энергия — это свойство вакуума, побуждающее его к расширению. А поскольку в теории Эйнштейна энергия всегда эквивалентна массе, темная энергия прибавляет к плотности те самые недостающие 69%, так что суммарная плотность «всего на свете» становится в точности равна критической. Таким образом, три компонента — обычная видимая материя, «темная материя» и «темная энергия» — вместе создают такую плотность, чтобы пространство, в котором мы живем, оставалось «плоским» и эвклидовым, подчиняющимся законам школьной геометрии.

«Темная энергия» гарантирует, что расширение Вселенной будет продолжаться вечно и «Большой Взрыв» не сменится в конце времен «Большим схлопыванием». Эта теоретическая идея была подтверждена в 1998 году, когда ученые обнаружили, что скорость расширения Вселенной возрастает со временем. За это открытие в 2011 году Сол Перлмуттер, Брайан Шмидт и Адам Рис были удостоены Нобелевской премии, а восемь лет спустя высокая награда нашла и автора концепции — Джеймса Пиблза.

Множественность миров

Трудно поверить, но еще 40 лет назад существовала гипотеза, что планетная система вокруг нашего Солнца — уникальное для космоса явление, и вокруг других звезд никаких планет быть не может. Из этого следовала бы и уникальность жизни на Земле, и исключительное положение человеческой цивилизации во Вселенной (вопрос об инопланетянах был бы закрыт навсегда).

В конце 1980-х начали появляться первые данные о том, что у других звезд все же могут быть планеты. В 1988-м канадские астрономы получили данные о существовании планеты возле оранжевого гиганта в созвездии Цефея, а в 1991 году польский астроном Александр Вольшчан обнаружил планету у нейтронной звезды в созвездии Девы. Однако только в 1995 году двое швейцарских астрономов — Дидье Кело и Мишель Майор — доложили на конференции о своем открытии планеты возле звезды солнечного типа.

С помощью спектрометра, то есть по сдвигам в частоте света, астрономы обнаружили небольшие колебания звезды 51 в созвездии Пегаса, находящейся в 50 световых годах от Солнца. Колебания были вызваны гравитационным взаимодействием с обращающейся вокруг звезды планетой размером примерно с Юпитер, раскаленной примерно до 1000℃. Несмотря на то, что сама планета совершенно не похожа на нашу, это открытие было окончательным подтверждением, что Солнечная система не уникальна и вокруг подобных Солнцу звезд где-то в космосе обращаются планеты.

Как правило, экзопланеты не имеют собственных имен, однако для планеты 51 Пегаса b, ввиду важности ее в истории астрономии, было сделано исключение: на следующий год после открытия астроном Джеффри Марси предложил назвать ее Беллерофон в честь греческого героя, укротившего Пегаса. В 2015 году Международный астрономический союз официально присвоил планете другое имя — Димидий.

К настоящему времени открыты сотни экзопланет. В 2011 году телескоп «Кеплер» обнаружил у звезды Кеплер-20 две планеты, близкие по размерам к Земле. В 2017 году возле звезды TRAPPIST-1 обнаружено целых семь землеподобных планет.

Открытию новых экзопланет посвящено несколько масштабных проектов. В ходе работы космического телескопа Kepler открыто 132 экзопланеты и более 2000 потенциальных кандидатов. Затраты на проект составили более $0,5 млрд. В 2013 году запущена на орбиту космическая обсерватория Gaia, которая может открыть, согласно некоторым оценкам, до 10 000 экзопланет. Стоимость проекта составляет около €577 млн. В 2018 году запущен космический телескоп TESS, предназначенный для открытия экзопланет транзитным методом. На этот проект NASA выделено около $200 млн.

Читать еще:  В конце апреля в Казахстан привезут Пояс Пресвятой Богородицы

Нобелевскую премию по физике присудили за открытие экзопланеты и космологию

Нобелевскую премию по физике 2019 года присудили Джеймсу Пиблсу (James Peebles), за «теоретические открытия в области космологии», Мишелю Майору (Michel Mayor) и Дидье Кело (Didier Queloz) за «открытие экзопланеты на орбите вокруг солнцеподобной звезды». По словам Нобелевского комитета, оба этих открытия позволили по-новому взглянуть на место человека во Вселенной. Прямая трансляция объявления победителя ведется на сайте Нобелевского комитета. Подробнее о заслугах ученых можно узнать из пресс-релиза Нобелевского комитета.

Лауреаты Нобелевской премии по физике за 2019 год: Джеймс Пиблс, Мишель Майор и Дидье Кело

Ill. Niklas Elmedhed // Nobel Media

В основном предсказания Джеймса Пиблза были посвящены спектру реликтового излучения — одного из немногих объектов, которые напрямую связаны с ранней эпохой жизни Вселенной. Вообще говоря, реликтовое излучение было теоретически предсказано в 1948 году, а в 1965 году его случайно зарегистрировали Арно Пензиас и Роберт Вильсон, которые впоследствии получили за это открытие Нобелевскую премию по физике. Однако предсказания Пиблса связаны не с фактом существования реликтового излучения, а с его свойствами. Во-первых, нобелевский лауреат показал, что реликтовое излучение играет важную роль в формировании галактик. Во-вторых, Пиблс рассчитал спектр флуктуаций реликтового излучения — в частности, оценил, как излучение будет выглядеть, если добавить к обычной материи холодную темную материю, и показал, что в такой модели относительная амплитуда колебаний температуры излучения находится на уровне 5×10 −6 . В-третьих, физик добавил в модель темную энергию с отрицательной плотностью и снова пересчитал спектр излучения. Кроме того, Пиблс изучил, как введенные им гипотетические сущности сказываются на эволюции Вселенной в целом и формировании галактик в частности.

Схематическое изображение эволюции Вселенной, включая момент, начиная с которого до нас доходит реликтовое излучение

Вторую половину премию получили Мишель Майор и Дидье Кело, открывшие первую экзопланету на орбите солнцеподобной звезды — горячий Юпитер, вращающийся вокруг желтого карлика Гельветиоса в созвездии Пегаса. Для этого ученым пришлось разработать сверхточный спектрометр, который чувствовал слабые смещения спектра звезды, сопровождающие вращение планеты. После этого открытия астрономы, поверившие в возможности измерительных приборов, открыли более 4000 «новых миров», разбросанных по Млечному пути (интересное совпадение: количество открытых экзопланет примерно равно числу цитирований статьи Майора и Кело). Некоторые из этих миров даже какое-то время считались потенциально обитаемыми.

Метод, с помощью которого астрономы нашли экзопланету, был основан на эффекте Доплера. Чтобы понять, как работает этот метод, рассмотрим упрощенный пример звездной системы с одной массивной планетой. В такой системе и звезда, и планета будут обращаться вокруг общего центра масс. Если представить, что орбита планеты лежит в плоскости наблюдений, звезда в разные моменты времени будет двигаться с ненулевой скоростью по направлению к Земле и от Земли. Следовательно, из-за эффекта Доплера спектр ее излучения будет «краснеть» или «синеть». Чем тяжелее планета и чем ближе к звезде она расположена, тем быстрее она будет двигаться и тем заметнее будут сдвиги спектра. В частности, Майор и Кело зарегистрировали сдвиги примерно на 59 метров в секунду при погрешности спектрометра около 13 метров в секунду.

Принцип, благодаря которому была открыта первая экзопланета на орбите звезды солнечного типа

Незадолго до вручения Нобелевской премии агентство Clarivate Analytics пытается предсказать возможных кандидатов, ранжируя ученых по числу цитирований. В этом году агентство предложило трех кандидатов-физиков. Первый кандидат — Артур Эккерт, работавший в области квантовой криптографии и предложивший применять квантовую запутанность в шифровании. Второй кандидат — Тони Хайнц из Стэнфорда, внесший вклад в исследования наноразмерных материалов. Третий кандидат — Джон Пердью из Темпльского университета, разработавший широко известную теорию функционала плотности. Впрочем, обычно прогноз опережает решение нобелевского комитета на несколько лет. В частности, в 2013 году Clarivate Analytics выдвигала Майора и Кело в качестве возможных кандидатов.

В прошлом году Нобелевскую премию по физике присудили Артуру Эшкину (½ премии), Жерару Муру (¼ премии) и Донне Стрикленд (¼ премии) за «новаторские изобретения в области лазерной физики». Если точнее, Эшкина наградили за создание оптического пинцета, а Муру и Стрикленд — за разработку метода генерации ультракоротких высокоинтенсивных лазерных импульсов. В настоящее время оба метода широко применяются не только в физике, но и в сопредельных науках — например, в биологии и медицине. Подробнее про работу нобелевских лауреатов можно прочитать в тексте «Скальпель и пинцет».

В 2017 году Нобелевскую премию по физике разделили Райнер Вайсс (½ премии), Барри Бэриш (¼ премии) и Кип Торн (¼ премии), награжденные «за решающий вклад в детектор LIGO и за наблюдение гравитационных волн». Благодаря работе ученых астрономы получили еще один канал наблюдений за Вселенной, с помощью которого можно проверить несколько недоступных ранее гипотез. Например, уточнить уравнение состояния нейтронных звезд и измерить скорость расширения Вселенной еще одним независимым способом. Более подробно про историю и работу детектора LIGO, а также про будущее гравитационной астрономии можно прочитать в материалах «Тоньше протона», «За волной волна» и «Ботаники в неведомой стране».

Чтобы компенсировать «потери» от вручения Нобелевских премий, организации церемонии награждения и содержания административного аппарата, фонд Нобеля вкладывает свои средства в ценные бумаги. В разные года соотношение доходов и расходов фонда получается разным, поэтому и размер премии строго не фиксирован. Например, в 2001 году лауреаты получили около 12 миллионов шведских крон, в 2007 году — около 10 миллионов, в 2012 — 8 миллионов. В этом году, как и в прошлом, премия составляет 9 миллионов крон (около 900 тысяч долларов или около 60 миллионов рублей по текущему курсу).

Кроме того, нужно учитывать, что лауреатам придется разделить 9 миллионов крон между собой, так что размер выплаты каждому награжденному физику сильно меньше заветного миллиона долларов. Таким образом, Нобелевская премия — это далеко не самая прибыльная, хотя и самая престижная премия по физике. Своеобразной альтернативой этой премии в последние годы стал Breakthrough Prize, который составляет три миллиона долларов для каждого лауреата.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector