0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Матушка Адриана Малышева. Вспоминая войну

Майор Наталия — монахиня Адриана. Путь в 90 лет

Монахиня и разведчица в одном лице — Наталья Малышева, она же матушка Адриана. Она стала известна на всю страну за несколько лет до смерти. О ней издана книга, известный художник Шилов написал ее портрет, за заслуги перед Отечеством она получила орден Андрея Первозванного.

Всю Великую Отечественную войну она прошла разведчицей. Секретные задания ей поручал лично маршал Рокоссовский. После войны Наталья Малышева возглавила разработку боевых ракет «Земля-воздух». На пике карьеры она ушла в монастырь.

Советская школьница Наташа Малышева

Германия еще и не думала нападать на СССР, а советская школьница Наташа Малышева, напевая под нос «Если завтра война, если завтра в поход», плавала в бассейне, ходила на лыжах, скакала на лошади и училась стрелять.

— Поколение у нас такое было: патриотичное, — говорит сегодня монахиня Адриана, — готовы были чуть что Родину защищать. Я на лыжах-то не умела ходить, но кто-то из знакомых сказал: «Ты что! Знаешь, как это важно, если военные действия зимой!» И я встала на лыжи.

22 июня было очень солнечно…

По радио объявили: война. Все замерли. А 19-летняя Наташа едва не закричала «ура» — наконец-то судьба дала ей шанс стать героем.
«Романтиками были, не понимали»: — говорит она теперь.

А тогда студентка МАИ сразу побежала в военкомат. Нигде не брали: «Идите учиться, повоюем пока без вас». И только когда немцы оказались под Москвой, подняли все заявления. Никто из добровольцев не передумал — за неделю собрали 11 тысяч человек. Три дивизии. Записываться приходили семьями.

В качестве формы новобранцам выдали военные костюмы с «Мосфильма» — образца времен гражданской войны.

— Штаны галифе, огромные — мне до подмышек, — вспоминает Малышева. — Так в форме и пришла: маме сказать, что на фронт еду.

Мама заплакала. А будущая разведчица, чтобы самой не расплакаться, сказала намеренно грубовато: «Ну что ты плачешь? Видишь, какие времена? У вас и жратвы-то на меня не хватит».

Казарма — такая же крошечная, как нынешняя келья монахини Адрианы, — вмещала семь человек. Спали на полу не раздеваясь.

В ноябре Наталья приняла присягу. И уже через два месяца пошла в разведку. Взяли сразу — помогло отличное знание немецкого языка. За четыре года войны она побывала в тылу врага 18 раз.

— Что такое линия фронта? Разве можно объяснить? Ты идешь по такой же земле. Но чем дальше, тем быстрее ты превращаешься в объект… Первое время немцы были не очень бдительны. Но потом все изменилось:

-Когда немцы стали бдительней, а война развернулась во всю мощь, Наталью отправили доучиваться в разведшколу. «Возвращаюсь домой», — сказала она товарищам, действуя по инструкции. Однополчане смотрели с недоверием. «Ты в тыл?! Когда война в самом разгаре?» Упреки были ужасно обидными. Но объясняться разведчица не имела права.
В разведшколе ее учили скрытности, наблюдательности, хладнокровию. Учили выживать в лесу. Думать и слушать интуицию.

После учебы Наташа попала в 16-ю армию Рокоссовского. И ходила уже на задания не как воин — в маскхалате, а в образе деревенской девочки с котомкой. Глубоко в тылу врага она должна была прослушивать переговоры противника и докладывать о его планах. Рокоссовский сам провожал ее на задания. И напутствовал: «Прошу, зря не рискуйте».

Наташа всегда пребывала в странной уверенности, что не убьют. И странным образом оставалась в живых даже тогда, когда никаких шансов не было. Однажды ее застал за прослушкой немецкий солдат:

— За линию фронта меня переводил сопровождающий. У него была и схема проводной связи. Подключившись, я слушала и запоминала все важное, что передавало немецкое командование своим войскам. Затем возвращалась к своим и сообщала об услышанном в штаб.

Дважды такие операции прошли удачно. Но до конца жизни не забуду того, что случилось в третий мой рейд. Когда я уже отключилась и выбралась из укрытия, чтобы, дождавшись темноты, вернуться к своим, спиной почувствовала, что не одна. Быстро обернулась, выхватив пистолет — по инструкции надо было кончать жизнь самоубийством, чтобы не попасть в плен, — но тут же получила удар по руке. Мой пистолет мгновенно оказался у стоявшего передо мной немца. Я окаменела от ужаса: сейчас меня отведут в немецкий штаб. Господи, только не это!

Я даже не разглядела, что это был за немец — ни звания, ни возраста не видела от страха. Сердце выскакивало из груди, я почти не дышала. И вдруг, схватив меня за плечи, немец рывком повернул меня спиной к себе. «Ну вот, сейчас он выстрелит», — даже с облегчением подумала я. И тут же получила сильный толчок в спину. Далеко впереди меня упал и пистолет.

— С девчонками не воюю! А пистолет возьми, иначе тебя свои же расстреляют…

Я обомлела, повернулась и увидела длинную фигуру, уходящую в глубь леса.

Ноги не повиновались мне, и я, спотыкаясь, побрела к месту, откуда с темнотой можно было выйти к своим. По дороге привела себя в более или менее нормальное состояние и вернулась как обычно.

Ее мама была верующей, и в душе у Натальи странным образом уживались советская идеология и вера в Бога. Ее фронтовая молитва состояла их двух слов: «Господи, помоги!» — с пояснением: «Только не плен!»

Он сделал меня красавицей

Но одна Натальина потеря оказалась невосполнимой: первая любовь, сын летчика Бабушкина Миша, погиб в самом начале войны.

— Так мало у нас было времени, — матушка Адриана задумчиво смотрит в потолок своей узкой кельи. — Я сперва грубила ему. Говорила: «Найди себе кого поглупее». А Миша мне в ответ: «Но почему?» И тут меня прорвало: «Потому что я некрасивая». Мне мама всегда так говорила: «У тебя сестра красавица, а ты — умница». Он меня к зеркалу подвел и говорит: «У тебя что, глаз нет? Не видишь своей красоты?» Я расплакалась. Он первый дал мне возможность почувствовать себя привлекательной. И я впервые поверила. А на другой день мне стали знакомые говорить: «Ты, Наташа, как-то изменилась, стала такая хорошенькая». Будто в один момент с меня спала шкурка лягушки после его слов.

Когда началась война, Миша пошел на курсы летчиков — в Люберцах формировали элитный полк. Наташе сказал: «Тебе на войне делать нечего, я за двоих стану воевать».
Он погиб 25 октября 1941 года. Наташа узнала о его гибели только через год. «Миши больше нет. » — вот и все, что сказали ей по телефону его родители…

Фронтовые будни Наташи Малышевой

Однажды она решила рассказать о том, о чем обычно не рассказывают. О фронтовом быте молодой девушки. Матушка Адриана считала, что знать об этом не менее важно, чем о линии фронта, перестрелках и том, как ходят в разведку…

Самое сложное на фронте – это быт, особенно быт девушки. С нашими мужчинами даже под куст сходить – и то была проблема! Идешь себе с отрядом на лыжах, начинаешь понемногу отставать, думаешь, сейчас я быстро – и догоню! Но только тут все мужчины, будто специально, становятся заботливыми:

Читать еще:  Такая разная жизнь Земли. 4 энциклопедии, от которых не оторваться во время карантина

– Ребята, шаг поменьше, Наташа устала!

Я невольно думаю: «Чтоб вы померли все!» Однажды не выдержала, выбрала одного постарше и говорю:

– Ну, что же вы такие глупые все!

А он в недоумении отвечает:

– Да нам и в голову не приходило, что ты побоишься об этом сказать.

– Сообразили бы! Вот теперь иди последним и не оборачивайся. И никому не давай ни останавливаться, ни возвращаться. Догоню вас.

А как еще об этом скажешь? «Вы идите, а мне в туалет нужно?»

После войны Наташа вернулась в МАИ. Когда было распределение, заявление написала на новое направление — ракетные двигатели. Ей, разумеется, отказали: в группу брали только мужчин.

— Иногда глупость какую-то сделаю, а выходит хорошо, — рассказывает Наталья Владимировна. — К заявлению я по наивности приписала две строчки: что очень люблю Циолковского и что во время войны успешно справлялась со всеми мужскими обязанностями.

В комиссии долго смеялись, но приняли.

После окончания учебы Малышева получила распределение в НИИ-88 в Подлипках.
Наталья Владимировна проработала в этой сфере 35 лет. Инженер-конструктор Малышева участвовала в создании двигателей для маневрирования и торможения на орбите первых баллистических ракет и космических кораблей, в том числе и для гагаринского «Востока». Она была единственной женщиной в государственной комиссии по испытанию ракетных комплексов. Н. В. Малышева участвовала в создании двигателей для ракеты зенитно-ракетного комплекса С-75 Петра Грушина.

Именно тогда она стала захаживать в храм.

— Один батюшка очень понравился — со спины. А поворачивается — без бороды. Что это за священник — безбородый? Хотела уйти, а он мне: «Вы ко мне?» Пришлось сказать: «К вам, батюшка». Потом мы сидели в церковном дворике. Он ничего не спрашивал, а я все говорила, говорила — рассказывала свою жизнь в мельчайших подробностях. Как будто освобождалась.

В начале 90-х Малышевой предложили баллотироваться в Верховный совет. Одновременно потребовалась ее помощь на подворье Пюхтицкого монастыря. Нужно было что-то выбирать. И Наталья Владимировна выбрала келью с видом на церковь.

— Иногда меня спрашивают, не испытываю ли я тоски от того, что во всем состоялась, а как женщина — нет. Имеют в виду, что нет семьи, детей, — говорит матушка Адриана.

— Знаете, мне непонятна эта женская тоска. О чем тосковать? Об огромном животе и необходимости подчинить свою жизнь орущему младенцу? Вы не подумайте: я детей люблю. И они ко мне тянутся. Но своих нет, и я не считаю это трагедией.

С детьми монахиня Адриана особенно много общалась накануне 9 Мая — звали в школы.
— Видимо, это мой крест — свидетельствовать о войне, — вздыхает монахиня и замолкает надолго.

Смотрит куда-то далеко…

4 февраля 2012 года, в возрасте 90 лет, отошла ко Господу монахиня Адриана, в миру Наталья Владимировна Малышева.

Мы все должны передать своим детям и внукам правду о великом поколении Победителей: «Они все очень любили Родину». И у них были добрые глаза. Такие светлые, добрые и мудрые глаза, как у нашей дорогой матушки Адрианы.

Награждена следующими медалями и орденами:

Орден св. Андрея Первозванного:

Императорский орден Святого апостола Андрея Первозванного — первый по времени учреждения российский орден, высшая награда Российской империи до 1917 года. В 1998 году орден был восстановлен как высшая награда Российской Федерации.

Орден Отечественной войны

Орден Красной Звезды

Медаль «За боевые заслуги»

Медаль «За оборону Москвы»

Медаль «За оборону Сталинграда»

Лауреат Международной премии Андрея Первозванного «За Веру и Верность» и др.

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Как разведчица Малышева стала матушкой Адрианой

– Встретиться? Пожалуйста! Пишите телефон, – сказала матушка Адриана и на память в свои 87 лет продиктовала номер мобильного. Мы познакомились с ней в галерее художника Шилова, где с недавних пор можно увидеть ее портрет.

Точно так же разведчица Малышева запоминала в Великую Отечественную войну штабные немецкие разговоры, слушала их лежа на животе, в снегу или в грязи, через специальную аппаратуру.

«Беда человека в том, что живет с оглядкой на других»

Аппаратуру она подключала к немецкому кабелю, тянувшемуся по земле. Какой объем ценных военных сведений передала она таким образом «своим», никто, разумеется, не считал.

По прошествии десятков лет разведчица и монахиня уместились в одном человеке. «Да, такие вот две необычные ипостаси в одном лице», – улыбается матушка Адриана. В ее келье, у самой кровати, висит простенький ковер с изображением Иисуса Христа. Кажется, оно оживает, когда в ходе нашей беседы пюхтицкая монахиня смеется неожиданно молодым, жизнерадостными смехом или же, напротив, застывает в задумчивости. В один из таких моментов мы поинтересовались, задавала ли она кому-либо вопрос, в чем смысл жизни.

– Нет, – пожала плечами матушка Адриана, – мне же часто его задают. На мой взгляд, мы живем для того, чтобы по заветам Господа готовить себя к жизни иной. Выполнять их на 100% никто не требует. Само стремление быть лучше уже приветствуется. Ведь евангельские законы и для взаимного общения хороши. Беда же человека в том, что постоянно оглядывается по сторонам. Я же думаю, что глупо, когда в душе Бог и Библия под рукой, все время суетиться и ориентироваться на других.

Вот такие простые рецепты «жить не по лжи» матушка Адриана дает всем, чьи запутавшиеся души к ней на Пюхтицкое подворье прибрели. Отставной майор в черном одеянии, она и сейчас словно на боевом посту. Каждый день, дарованный свыше, воспринимает как новое задание: встает спозаранку и на правах интеллектуальной монахини общается с приходящими на подворье людьми.

«Чувствую, надо выбирать: церковь или политика»

Судеб на самом деле у нее не две, а три. Наверное, это талант – прожить их так, что любая из них на зависть дутым героям и уникальна, и исторична, и органично укладывается в широкое русло единственной жизненной реки. Смотреть личную «киноленту» матушки Адрианы лучше отматывая ее назад. Видишь, как тройная спираль ее фатума превращается в сплошную прямую, код от которой матушка Адриана связала сама.

– Вы спрашиваете, что общего между долей монахини и долей разведчицы. Много общего! Ведь и там, и тут цель одна – о себе забываешь, когда нужно помочь другому, – говорит монахиня и мотает пленку лет на 15 назад.

На дворе 1993 год. Заслуженная московская пенсионерка Наталья Владимировна Малышева начинает помогать возрождать Пюхтицкое подворье в Москве. Почти в то же самое время ельцинские танки берут на испуг Верховный совет России, депутатом которого она в свое время чуть было не стала.

– Бог вас уберег! – замечаю.

В знак согласия монахиня кивает головой. И смеется. Над собой. Свое выдвижение в «тот самый» Верховный совет сегодня вспоминает с иронией, ну а было время, когда сей факт сильно тешил ее амбиции. Тем не менее на политическом поприще все-таки поставила крест. Разумеется, христианский.

– Представьте, – рассказывает она, – я только начала посещать церковь, а меня на какие-то собрания зовут, выступлений требуют перед публикой, предвыборных обещаний. Мне даже по ночам нехорошо стало. Чувствую, надо выбирать: церковь или политика. Позвоночник стал болеть. Ну, я пришла в горком и отказалась баллотироваться по состоянию здоровья. Никто не возражал. Скамейка запасных широкой была.

«Советским детям все равно было с кем воевать!»

Еще более интересную картину мы увидим, спустившись в самое начало хрущевских времен. Представьте, НИИ-88, возглавляемый Исаевым и Королевым. Девушка, окончившая авиационный институт, корпит над теперь уже легендарными чертежами.

Читать еще:  Мечта об империи, мечта о единстве христиан

– Американцы их страшно боялись! – вспоминает матушка Адриана про первые баллистические ракеты, двигатели для которых конструировала сама. И она же была единственной женщиной в государственной комиссии по испытанию ракетных комплексов. Ну, а потом космос. Предмет профессиональной гордости по сей день – двигатели малой тяги для первых космических кораблей.

– Они же самые «ювелирные»! – восклицает она. – Собственно говоря, те, которые помогают космическим кораблям оторваться от орбиты и вернуться обратно на Землю.

Матушка Адриана на какой-то момент превращается снова в ведущего конструктора головного института оборонного министерства. Кажется, дай ей волю, она и сегодня внесет вклад в дело перевооружения страны. Только… Вряд ли случайность, что в церковь ее потянуло под занавес 80-х, когда как раз закончилась «холодная война».

– Меняет ли война душу женщины? – спросили однажды у матушки Адрианы.

– К худшему не меняет, – тихо сказала она.

Монастырский ее причал предопределила Великая Отечественная война – страшный по силе крик на протяжении четырех лет, разбудивший в ее душе глубоководное духовное начало. Еще в 7-м классе Наташа Малышева ничем не отличалась от всех остальных советских детей, разве что глубже остальных впитывала в себя государственные сказки про стран-врагов, окружавших СССР. Мечтая о подвигах, энергичная девушка выучилась стрелять, ездить на лошади, окончила медицинские курсы, пела «и на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом».

– Нам было все равно с кем воевать! – смеется матушка Адриана. – Мне стыдно признаться, но когда по радио объявили, что Гитлер напал на СССР, мама побледнела, а я страшно обрадовалась: «Ой, как хорошо! То, что мне надо! Да мы же за неделю их разгромим!»

«Бог спас, что убить никого не пришлось!»

– Передо мной встал выбор: уехать или остаться защищать Москву. Все физическое во мне трепетало. Но внутренний голос сказал: «Нет, твое место здесь. Ты же мечтала о подвигах – вот теперь, когда Родина в опасности, иди и защити!»

«У нас медсестер много. Может, в разведку?» – спросил ее командир, когда 19-летняя хрупкая комсомолка пришла записаться на фронт добровольцем. «С удовольствием», – совершенно искренне ответила повзрослевшая внучка священника.

Будущая матушка Адриана прошла всю войну. Тот, кто воевал, знает, что это такое. Вдребезги стеклянные грезы о романтических подвигах. Многократные вылазки в тыл врага за сведениями о местоположении, технике, родах войск противника. Азы конспирации, легенды на случай встречи с фашистами, ночевки в лесу, сон на ходу и одновременно святая возможность подставить другому плечо, рискуя собственной жизнью.

– Сам умри, но друга спаси. Принцип в разведке такой. Не помню, чтобы я хоть раз испугалась. Постойте… только однажды, когда немец чуть в плен не взял. Я в последний момент помолилась, он стоял за спиной с пистолетом и вдруг сказал: «Я с девчонками не воюю!» Всю войну прошла словно под колпаком, ощущала, что есть кто-то сильный, кто меня бережет. Но главное, Бог меня спас, что самой убить никого не пришлось!

В красные сороковые ее, разведчицу 16-й армии, напутствовал командующий Константин Рокоссовский. «Почти на все задания лично отправлял, просил не рисковать зря», – улыбается от воспоминаний матушка Адриана. Ну, а в последние годы привечал ее уже как монахиню Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, недавно ушедший от нас в мир иной. Каждый год посылал он ей персональные подарки ко Дню Победы. Справлялся, как поживает, когда приходил на Пюхтицкое подворье в Москве.

– Круг, который я обошла, привел меня сюда. И никто не переубедит меня, что путь мой мог сложиться как-то иначе. Ничего случайного не было. У меня, например, должна была прекрасно сложиться личная жизнь, но не сложилась, и нет в том ничьей вины, – размышляет матушка Адриана и привычным движением руки поправляет черный клобук. Впервые она примерила его еще в детстве, когда ходила в Страстной монастырь. А это считается верной приметой, что девочка станет монахиней. Наверное, разведчик, ушедший в монахи, по определению фаталист.

Матушка Адриана (Малышева) (1921-2012 гг.) – монахиня, конструктор ракетных двигателей, во время войны – разведчица.

Наталия Владимировна Малышева. Декабрь 1941 года.

Наталия Владимировна Малышева родилась в Крыму, в семье земского врача. С детства занималась плаванием и гимнастикой, бегала на лыжах, стреляла. Окончила курсы медсестёр. До войны Наталья Владимировна успела поступить в Московский авиационный институт.

— С детства готовилась к военной стезе: стреляла, занималась плаванием и гимнастикой, бегала на лыжах. Увлекалась конным спортом, изучала немецкий и испанский языки, был кумир: кавалерист-девица Надежда Дурова, первая в русской армии женщина-офицер. — Очень хотела ей подражать, — вспоминала Наталия Владимировна. — На лошади научилась ездить и вообще готовила себя к одной профессии: защитницы Родины. Окончила курсы медсестер, сдала нормы ГТО. В авиацию не взяли, тогда пошла в авиационный институт.

В 1941 году пошла на фронт. С началом войны с друзьями бегала по военным академиям — хотела перевестись туда. Но не взяли, потому что девчонка. К октябрю дали направление в одну из дивизий народного ополчения. В ноябре — присяга. Просилась в медсестры, но взяли в дивизионную разведку.

18 раз ходила в тыл врага. Однажды, в декабре 1941 г., одна вынесла раненого разведчика. Матушка Адриана помнила слова своего первого командира, Героя Советского Союза Николая Михайловича Берендеева, сказанные молодым разведчицам: «Теперь вы одна семья до самой победы. Каждый из вас должен запомнить главное: никогда, ни при каких обстоятельствах не оставлять своего товарища в беде. Закон фронтовой жизни непреложен: сам погибни, но друга спаси». И молодая разведчица не раз, рискуя жизнью, спасала своих боевых товарищей.

В июне 1942 года была направлена на трёхмесячные курсы в школе разведчиков в Гиреево. После них служила уже в армейской разведке 16-й армии, которой командовал Рокоссовский. Задания были уже другими: работала с агентурой в немецком тылу, ходила за линию фронта связной в партизанские отряды. Будущая монахиня Адриана воевала в составе разведывательно-диверсионных групп. Разведчица Наталья Малышева ходила в глубокие рейды в тыл врага, выполняла самые опасные задания. Боевая работа разведывательно-диверсионных групп одна из самых тяжелых и опасных на войне. Но самыми тяжелыми и кровопролитными боями, в которых пришлось участвовать за всю войну, матушка Адриана считала бои в Сталинграде. Однажды во время тяжелейших боев на берегу Волги Наталью Малышеву оглушило взрывом. Когда пришла в сознание, то обнаружила себя привязанной к доске, течение отнесло ее довольно далеко по реке. Почти все бойцы, защищавшие тогда этот участок волжского берега, погибли. Кто-то из них, сам погибая под шкальным огнем, все же сумел спасти оглушенную взрывом девушку.

Войну закончила лейтенантом.

« Война дала мне очень много понять. Я поняла, что во время войны — как будто фотография проявляется. У кого хорошие черты заложены, они усиливаются, часто проявляются героически. А у кого поганенькое что-то было — черты со временем становятся страшными.»

После Победы до 1949 г. служила на территории Польши, в Верхней Силезии. В 1949 году перебросили в Потсдам, домой вернулась гвардии капитаном.

После ухода из армии вернулась в МАИ сразу на третий курс, окончила его с отличием и стала работать по распределению инженером-конструктором ракетных двигателей в НИИ-88 в Подлипках (ныне гор. Королёв). Наталья Владимировна проработала в этой сфере 35 лет. Инженер-конструктор Малышева участвовала в создании двигателей для маневрирования и торможения на орбите первых баллистических ракет и космических кораблей, в том числе и для гагаринского «Востока».

Читать еще:  Лесоповал, общая баня и трудодень. Как работали люди в самый разгар войны

Наталия Владимировна Малышева. В МАИ.

Она была единственной женщиной в государственной комиссии по испытанию ракетных комплексов. Н. В. Малышева участвовала в создании двигателей для ракеты зенитно-ракетного комплекса С-75 Петра Грушина. За этот двигатель её наградили орденом.

Наталия Владимировна Малышева. Летом на море.

Наталия Владимировна Малышева.

Наталия Владимировна Малышева.

После войны Наталья Владимировна еще долго была далека от Церкви. Пока не узнала, что сын ее фронтового товарища принял монашеский постриг. Это было в 1988 году, в год Тысячелетия Крещения Руси.

Приехав с матерью молодого монаха в деревню под Угличем, она увидела Сергея, которого знала с детских лет, в избушке у огромного храма. Молодой человек закончил Ленинградский университет, оставил уютную квартиру, престижную работу, благоустроенную жизнь, чтобы служить Богу. Матушка говорила: «У него в доме все было очень скромно, даже убого. А у меня в душе поднялась волна такого восторга, что я неожиданно для себя воскликнула: «Господи, дай мне такую же веру, как у него!»»

Наталия Владимировна Малышева.

Скоро известный конструктор ракетных двигателей (а Наталью Владимировну даже выдвигали депутатом Верховного Совета) также оставит свою работу и все силы отдаст восстановлению православного храма.

Наталия Владимировна Малышева.

Чтобы принять самое активное участие в восстановлении подворья Свято-Успенского Пюхтицкого женского монастыря в Москве ушла на пенсию и осталась здесь служить простой монахиней, приняв постриг под именем Адриана. Матушка Адриана стала лауреатом международной премии «За веру и верность», учреждённой Фондом Андрея Первозванного.

Незадолго до пострига.

Все, кто знал монахиню Адриану, навсегда запомнили голубые светлые глаза матушки – они по настоящему сияли, светились мудростью и необыкновенной добротой. Матушка была очень радостным, живым человеком. Она говорила: «У меня три самых огромных любви в жизни: прежде всего любовь ко Господу, любовь к нашему Отечеству — России, и любовь к нашей Русской Армии». У матушки всегда был неунывающий и очень живой характер. Однажды разведгруппе пришлось несколько дней лежать в снегу под носом у немцев. Давно закончился сухпаек, разведчики теряли последние силы, но главное было не обнаружить себя и выполнить задание. И тогда Наталья Малышева достала последний ломоть сухаря из черного хлеба и, разделив его на 6 маленьких кусочков, сказала: «Ребята! Это непростой хлеб. Он пропитан особым витаминным составом. Мне его дали на самый крайний случай. Но его нельзя жевать, а надо держать во рту, пока не растает». После того, как разведчики вкусили по крошечному кусочку особого витаминного хлеба, у всех как будто прибавились силы, боевую задачу выполнили успешно. Хотя все понимали, что это был самый обыкновенный сухарь. После войны, собираясь вместе, боевые друзья смеялись, вспоминая, как Наталья Малышева спасла всю разведгруппу своим волшебным «витаминным хлебом».

Матушка Адриана (Малышева).

В одной из передач «Улица моей судьбы» ведущий, актер Александр Дедюшко, беседовал с офицером спецназа, Героем России. В беседе довольно молодой полковник вспоминал, как в одной из боевых операций в горах Кавказа его группа оказалась в тяжелейшей ситуации, на заснеженном перевале, давно закончился сухой паек, на пределе был боезапас, замерзшие бойцы полностью выбились из сил, положение казалось безвыходным. И тогда он рассказал бойцам о том, как в такой же ситуации во время Великой Отечественной войны, молодая девчушка-разведчица ободряла своих боевых товарищей, не теряя присутствия духа. Спецназовцы собрались с силами и сумели, преодолев казавшийся непроходимым горный перевал, выполнить боевую задачу. В это время ведущие объявили, что эта девушка-разведчица находится в зале. Маленькая монахиня с удивительно добрым и светлым лицом вышла в зал и подарила офицеру иконки прп. Сергия Радонежского и Пресвятой Богородицы. Ведущие спросили матушку: «А Вы бы с Сергеем пошли в разведку?» – «Надо посмотреть» – серьезно ответила монахиня Адриана и, внимательно вглядевшись в лицо молодого полковника, твердо сказала: «С Сереженькой бы пошла. У него глаза добрые». Видно было, как был глубоко растроган, этими словами боевой офицер спецназа, Герой России, награжденный орденами Мужества. Для Сергея эти слова были не менее дороги, чем правительственные награды.

Матушка Адриана раскрыла секрет Великой Победы. «У него глаза добрые». На отпевании матушки сын ее однополчанина, к которому она в 1988 году приехала в деревню под Угличем, ныне седобородый архимандрит, рассказал о том, какая теплая дружба связывала разведчиков, боевых товарищей после войны: «Кто-то стал конструктором, кто-то инженером, врачом. Они продолжали хранить крепкую дружбу. Их всех объединяло одно – они очень любили Родину».

Матушка из разведки

Монахиня Адриана в юности мечтала быть кавалерист-девицей

22.04.2010 в 16:47, просмотров: 7034

“Я вас слушаю”, — неожиданно молодой голос в телефонной трубке сбил с толку. Подумала даже, что ошиблась номером. “Матушка Адриана?” — уточнила на всякий случай. “Да-да, я вас слушаю”. Впрочем, чему удивляться? Насельница Пюхтицкого подворья, 88-летняя Адриана Малышева, и впрямь не совсем обычная монахиня — бывшая военная разведчица, ведущий конструктор королёвского НИИ-88. Вся грудь в орденах. А теперь и еще один прибавился — матушка получила международную премию “За веру и верность”. Поговорить о вере, верности и воинском долге я отправилась на монастырское подворье.

Двести шагов в сторону от многолюдного Кузнецкого Моста, поворот в кованую калитку — и будто в другую жизнь попала. Суета остается за порогом. Монашки размеренно подметают двор, в длинных коридорах, застеленных ковровыми дорожками, пахнет домашней выпечкой. За белой дверью — обитель матушки Адрианы.

Потом Страстной монастырь закрыли, в 35-м году и вовсе взорвали. А распятие… Спустя много лет, когда перед Натальей Владимировной уже стоял вопрос, что предпочесть: политическую карьеру в миру или служение Богу, оно опять встретилось ей на пути. Но до этого еще была целая жизнь…

Немцы, правда, не всегда давали повод для жалости. Были фанатики, которые стреляли в парламентеров. Но ни одна пуля в Наташу не попала. Без единой царапины она дошла до Берлина…

Свою кандидатуру в депутаты Наталья Владимировна сняла, а Пюхтицкое подворье вскоре стало ее вторым, а затем и первым домом.

Опубликован в газете «Московский комсомолец» №25335 от 23 апреля 2010

  • Самое интересное

Популярно в соцсетях

© ЗАО «Редакция газеты «Московский Комсомолец» Электронное периодическое издание «MK.ru»

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство Эл № ФС77-45245 Редакция — ЗАО «Редакция газеты «Московский Комсомолец». Адрес редакции: 125993, г. Москва, ул. 1905 года, д. 7, стр. 1. Телефон: +7(495)609-44-44, +7(495)609-44-33 , e-mail info@mk.ru. Главный редактор и учредитель — П.Н. Гусев. Реклама третьих сторон

Все права на материалы, опубликованные на сайте www.mk.ru, принадлежат редакции и охраняются в соответствии с законодательством РФ.
Использование материалов, опубликованных на сайте www.mk.ru допускается только с письменного разрешения правообладателя и с обязательной прямой гиперссылкой на страницу, с которой материал заимствован. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал mk.ru, до или после цитируемого блока.

Для читателей: в России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля».
Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector